Автор
Захар Волков — траблшутер, решающий чужие проблемы и копящий свои беды. Когда в его жизни появляется Фея, попавшая в рабство, его хладнокровный мир дает трещину. Между ними разгорается опасная игра, где каждый скрывает истинные мотивы, а ставка — не только свобода, но и сердце.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Траблшутер — 2»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Захар Волков — траблшутер, решающий чужие проблемы и копящий свои беды. Когда в его жизни появляется Фея, попавшая в рабство, его хладнокровный мир дает трещину. Между ними разгорается опасная игра, где каждый скрывает истинные мотивы, а ставка — не только свобода, но и сердце.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Янка Рам Легкое чтение Эротика и секс Эротическая литература подборки серии
Захар Волков — траблшутер, решающий чужие проблемы и копящий свои беды. Когда в его жизни появляется Фея, попавшая в рабство, его хладнокровный мир дает трещину. Между ними разгорается опасная игра, где каждый скрывает истинные мотивы, а ставка — не только свобода, но и сердце.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Уверен, что могла бы отлежаться дома и побыть со мной, но она отказалась. У нее отдельная палата, и я могу сидеть с ней сутками. Только она не хочет. И практически не говорит со мной, когда я прихожу.
«Да», «нет», «все хорошо», «я бы хотела поспать» – изредка открывая глаза.
Мы как будто в самом начале, я ощущаю невидимую, но непреодолимую стену.
И пытаюсь настроить себя, что придется пробиваться заново.
Может, и хорошо, что она осталась в больнице. Бессонница, нервы и метамфетамин вымотали. У меня сейчас нет никаких сил убеждать ее, что все будет хорошо и такого больше никогда не повторится. Ее охраняют бойцы Кита.
Я отсыпаюсь.
Сегодня должны выписать.
Дома без нее холодно.
Размешиваю сахар в кружке чая. Сахар нужен, чтобы восстановить глюкозу после метама.
С утра много звонков. Перевожу рабочий номер на Ментала. Но мой личный тоже звонит.
– Здравствуйте, Константин Сергеевич.
– Захар, тебе нужно срочно подъехать. Я оформляю на тебя документы.
– Сейчас буду. Куда?
Он диктует мне адрес.
Бакс, почуяв, что ему обломится погулять, несется за своим поводком, шлифуя на повороте по полу.
Тестя у нотариуса нет, только их семейный адвокат. Я подписываю целый пакет документов. И про Тимоху, и про распоряжение имуществом. И даже про ежемесячные выплаты Наталье.
– А Константин Сергеевич?…
– В клинике, Захар.
– Что-то серьезное?
– Да. На аппарате поддержки жизнеобеспечения. Он просил, чтобы после подписания документов ты забрал Тимоху у Натальи. Вечером. Я буду присутствовать. Документы вступят в силу только через десять дней, и пока она – официальный опекун.
Ставлю последние подписи, пожимаю руку адвокату. Когда-то он неплохо играл против меня в этой партии. Но я не держу на него зла. Нельзя осуждать человека за его дхарму. Не держу и на тестя. Не представляю, что бы сделал я, если бы до инфаркта довели Софью.
Десять дней – и Тимофей мой. Наш с Софьей.
Два параллельных звонка.
Охрана Софьи, и она сама.
Что происходит?…
Отвечаю ей.
– Да?
– Захар, пусть твои люди меня отпустят. Я же не пленница?
– Нет, конечно.
– Я хочу уйти отсюда! – нервничает, и даже ее феноменальная интеллигентная выдержка не может скрыть надрыва в голосе.
– Сонечка, я сейчас позвоню ребятам. Они привезут тебя ко мне. Не нужно нервничать. Это для твоей безопасности.
Отдаю распоряжение, чтобы довезли до офиса, и срываюсь туда сам.
Подъезжаю быстрее Софьи.
Достаю сигарету.
Соберись, Волк!
Произошли запредельные вещи. Она не принимает. Но женщина и не должна принимать такое!
Я закрою к черту этот бизнес, если…
А вот и Софья. Отпускаю ребят.
Мы стоим друг напротив друга.
Она уставшая, расстроенная и очень… не знаю… прохладная.
– Как ты себя чувствуешь?
– Я бы хотела поговорить сейчас не об этом.
– А о чем?
– Я пленница?
– Нет.
