Автор
На лоджии домашнего питомца, бегающего и капельками дождя покрытого, начинается непростая перебранка с хозяином. Пахнет курением и ожиданием выходного вечера. Атмосфера смесь несчастной усталости и надежды на маленький волшебный час, когда все успокаивается и можно отвлечься....
Поднимает брови, морда становится более внимательной.
– Хочешь к Софье?
Нетерпеливо поскуливает.
– Не сейчас. Завтра.
Завтра Софья отдает Тимоху тестю. Он, в отличие от меня, этой хренью уже переболел. Чертова ветрянка! Шесть дней – ни сына, ни Феи. Обидно…
Но у меня было очень много забот, и я выжил.
А еще завтра у тебя свадьба, Волк. Не хочешь сказать Софье?
Вот завтра и скажу. В глаза.
Боишься, что сбежит?
Не без этого.
Она обещала…
И целовала меня практически сама.
Да. Не сбежит.
От мысли, что мы будем ложиться с ней в одну кровать, тело сводит судорогой.
Закрываю глаза, делаю вдох поглубже.
Завтра. Первая брачная ночь у нас завтра. И всё будет. По-любому. Не знаю уж как… даже если не добровольно, а опять силой.
Ласково, Волк! Ты обещал.
Ласково, нежно, силой… Я своё возьму все равно. Не могу больше!
Скажу ей все, что чувствую, она растает, уверен. Она хочет меня, это же очевидно.
На дне выдвижной полки – стальная зажигалка с гравировкой. Элла дарила.
А Элле не хочешь сказать? Что завтра у тебя свадьба.
Да нет, некрасиво как-то это – такие новости ей постфактум сообщать.
Набираю.
– Привет, Волчара! Не звонишь, не пишешь…
– Привет. Не люблю телефонной беллетристики. Как твое здоровье?
– Медицинской беллетристики, я помню, ты тоже не любишь. Здоровье… скажем так, я уже в строю. Соскучился? – игриво.
– Элла. У меня другая женщина.
– Что?..
– Ты слышала.
– Ты что, животное, два месяца потерпеть не мог?!
– Дело не в этом.
– Короче, Волков! Я тебя, скотину, прощаю!
– Не понял…
– Я знаю, что ты не можешь без секса. Да у тебя судороги через неделю уже начинаются! Поэтому я прощаю тебя. В некотором смысле это моя вина!
– Что ты несешь, Элла?
– Приеду, поговорим.
Скидывает вызов.
Нормально…
Набираю еще раз.
– Элла, трубку не бросай. Ты меня не так поняла."
"– А как я тебя еще должна понимать?
– Я женюсь.
– В смысле – ты женишься?
– Я женюсь, Элла.
– Зачем?..
Мне не хочется бомбить по ней признаниями в любви другой женщине. Я никогда не говорил ей ничего подобного. Она хотела этого. Нет, не ждала, но… Это по ней ударит, я понимаю. Поэтому формулирую чуть мягче.
– Потому, что я хочу семью и воспитывать своего сына.
– На Наталье?!
– Нет. На другой женщине. Но тесть отдает мне тогда сына. И между мной и тобой, естественно, больше ничего не может быть.
– Он поставил тебе такие условия?
– Да.
