Автор
На лоджии домашнего питомца, бегающего и капельками дождя покрытого, начинается непростая перебранка с хозяином. Пахнет курением и ожиданием выходного вечера. Атмосфера смесь несчастной усталости и надежды на маленький волшебный час, когда все успокаивается и можно отвлечься....
Я забыл цветы!!!
Доехали быстро, у нас еще минут двадцать.
И я могу сейчас быстро метнуться до цветочного ларька. Или поговорить с ней. Одно из двух.
К черту цветы. Подарю потом оранжерею, если она захочет!
Подаю ей руку, выходит.
– Сонечка, – обнимаю ее, преодолевая сопротивления. – Почему ты плачешь?
– Я уже не плачу.
– Поговори со мной, пожалуйста.
– Захар, давайте уже пойдем.
– Я сам решу, когда мы пойдем!
– Не надо сейчас со мной разговаривать, иначе я опять начну плакать, – с надрывом и очень прохладно.
– Я не могу, Сонь…Не могу вести тебя туда в таком состоянии.
– А в каком состоянии я должна быть?
– Почему ты плачешь?
– Вам, Захар Тимофеевич, не понять. Это женское…
– А ты попробуй!
– Это же очевидно. Я хотела не так свадебное платье надеть… Знаете ли, у девушек случаются мечты! А потом они плачут, когда мечты эти рушатся.
Мечты твои рушатся?! Не обо мне они, да?
– А как ты мечтала?! – всё-таки сносит меня. – С Ванечкой своим в загс идти?
– Мечтала когда-то, да.
– ИНОМ? О чем, например? Подробнее.
Тормози, Волк! Тормози!!!
– Какой свадьбы ты хотела, Софья?
– Хотела… – ее плечи опускаются. – Чтобы Лиза была. И… родителей «пригласить», – касается она ладонью груди. – Но… может быть, будет еще у меня это, – опять текут слезы. – Потом.
– Не будет.
– Почему?..
– Хочешь… «пригласить» родителей на нашу свадьбу, делай это сейчас.
– Куда я должна их «пригласить»? В театр Захара Волкова?
Так…
Я слышу, как хлопает дверь соседней машины.
– Девушка!
Софья поднимает глаза и смотрит мимо меня.
– Девушка, Вас спасти?
Мои руки сжимаются в кулаки. Не надо сейчас к нам подходить! Я не в себе…
– Нет, спасибо, – горько улыбается Софья. – Меня уже один раз спасли.
Я захлопываю с яростью дверь машины. Беру ее за руку. Веду к лестнице.
У нижней ступеньки подхватываю на руки и несу наверх на руках.
– Что Вы делаете?!
– Не очевидно? Ревную.
– Отпустите меня.
– Нет. Этого не будет никогда.
Опускаю ее на ноги только перед парадными створками зала.
– Это для тебя, Софья, свадьба наша постановочная. А для меня она настоящая, если ты не поняла еще, – мои губы теперь тоже дрожат.
Отдаю кольца подошедшему регистратору.
– Вы готовы?
– Да!
Кладу руку Софьи на свою."
"– Мои клятвы будут настоящими, Софья, – мы идем под марш Мендельсона внутрь. – Какими будут твои – реши сама.
