Автор
В зловещем трактирном крыле "Разбитые надежды", жестокие смехи и сдавленные крики прерывались лишь ненадолго. Здесь, среди скрежета железа и тоскливых взглядов, братия единомышленников сплотилась дракой, нещадно уничтожая любые недоразумения или излишне вольные мысли....
Лешага и Марат поднялись на пригорок. Драконоборец оглянулся. Как он и предполагал, отсюда поселение виднелось, словно на ладони. Лишь за ближней насыпью оставалась небольшая мертвая зона. «Это хорошо, — удовлетворенно подумал Леха, вспоминая наставления Старого Бирюка. — Заставь противника верить, что он видит и знает все, тогда то, чего он не видит и о чем не знает, уничтожит его».
— А зачем мы сюда пришли? — опять не выдержал Марат.
— Ямы копать умеешь?
— Конечно, — юноша удивленно распахнул глаза. — Нам знаешь, сколько копать приходилось?!
— Не знаю, — без суеты осматривая вершину холма, бросил страж.
— Мы там еще, у большой переправы, каждый день копали, много всякого находили. А здесь что мы ищем? И эта штуковина тут зачем? — вопросы сыпались из него быстрее, чем градины с неба.
— Вон, дерево вывернутое видишь?
— А то! Большущий же ствол, как не увидеть?!
— Рядом с ним и копай, — приказал ученик Старого Бирюка.
— А ты? — с надеждой спросил Марат. Он горел желанием немедленно совершить что-нибудь героическое.
— Вызвался помогать, бери лопату, — разглядывая горизонт, буркнул Леха.
— Но я же хочу понять! Ты сам подумай: вот победим мы завтра прорв, получишь ты свой автомат и пойдешь куда-нибудь, например, в Шаолинь. А кто селение защищать будет? — не унимался юнец.
— Не мое дело.
— Ясно, не твое. Мое. Вот, пока ты здесь, я и учусь.
— Когда же ты учишься, если столько болтаешь?
— Да я же слова лишнего не сказал!
— На вот, — Лешага тяжело вздохнул, снял с пояса длинный кушак, размотал его, встряхнул получившуюся кишку, превращая ее в объемистый мешок, и протянул болтливому дракониду.
— На что он тебе?
— Зачем спрашиваешь? Смотри и не забудь про лопату, яма должна быть мне по плечи.
— Ого! — возмутился Марат.
Но Лешага уже не слушал, он отправился к торчавшему из земли растрескавшемуся пню и стал аккуратно снимать с него покрытую мхом кору.
«Выкорчевывать его не стоит, — размышлял он. — Корни во все стороны, если вывернуть, сильно заметно будет, а вот если все лишнее убрать, да присыпать сухой листвой и ветками, можно соорудить хороший наблюдательный пункт для противника.
