Автор
В зловещем трактирном крыле "Разбитые надежды", жестокие смехи и сдавленные крики прерывались лишь ненадолго. Здесь, среди скрежета железа и тоскливых взглядов, братия единомышленников сплотилась дракой, нещадно уничтожая любые недоразумения или излишне вольные мысли....
Задача, пусть и нелегкая, больше не казалась невыполнимой, страха и жалости к себе как не бывало. Он скосил глаза на Миху.
— Наперегонки?
Вершина Гряды была длинной, шагов пятьсот, и узкой. В самом широком месте можно проскочить в два прыжка. Ветер носился вспугнутой птицей, свистя, пробирая холодом до костей, заставлял по ночам стучать зубами, трястись, будто в лихорадке. Днем к этому прибавлялась новая, куда более мерзкая напасть: большущие черные клювастые твари, то и дело норовившие атаковать незваных гостей.
— Так мы их не отгоним, — опускаясь на камень, процедил Леха. — Надо что-то придумать.
— Что?! — раскрутив над головой снятую рубаху, крикнул Миха, едва не запнулся о лежащий на земле вещмешок, отскочил и вновь замахал, закричал, отгоняя крючконосых птиц, жаждущих крови.
— А вот что, — Леха рывком выдернул нож, плохонький, не мужской, — заточенная железная полоса в кожаной оплетке, но уж какой есть, лиха беда начало. Всякий свободный человек должен иметь при себе нож, как без него? Выхватил и в два быстрых движения отрезал лямки от вещмешка. Сплел из завязки небольшую корзинку, связал воедино, положил в получившуюся пращу камень — спасибо тебе, Старый Бирюк, подумал о том, что юнцам было невдомек — раскрутил неказистое оружие, отпустил один из концов.
«Фьють!» — черная птица с перебитым крылом, гневно заорав, рухнула вниз.
— Ага! Вот так-то лучше! Давай, Миха! Я их пока от места отважу, и ты не плошай!
Побратим начал быстро развязывать мешок.
— Братко, у меня тут горючий камень.
* * *Вереница телег, возов, груженых мулов теснилась у переправы.
