“Проклятая торгашка, как же я её ненавижу!” Золото императора так сильно жжёт тебе руки, Стана, что ты готова по локоть их испачкать в крови?
— Я не идиотка, Делири. Мне и в голову не пришло бы кричать о ненависти к твоей жене, а потом убивать её. Не веришь мне как другу, поверь как политику. Я не хочу для Фитоллии гражданской войны. Устрой мне допрос под венцом правды. Задай хоть тысячу вопросов о том, знала ли я о покушении, собиралась ли вообще убить Хельду. Я отвечу на каждый.
Смелое заявление и брошенный в лицо вызов. Нужно было ещё топнуть ногой и пригрозить: “Но учти, Нэт, после такой проверки нашей дружбе конец! Самый окончательный и бесповоротный”. Хотел ли он этого? Мечтал ли снова собрать клан и сорваться на другие земли? Ведь иначе будет нельзя. Обиженная ведьма начнёт мстить. Нет, обойдётся без массовых убийств, но порвёт федеративный договор и выставит такие условия, что клан задохнётся. Поэтому нужно вспоминать то, что сорок лет твердил Ксанир. “Ставь интересы твоих людей выше собственных, Кеннет. И думай. Всегда думай столько, сколько нужно”.
Глава клана отвернулся от ведьмы и пошёл к столу, где для встречи гостей специально оставляли непочатую бутылка лучшего вина и несколько бокалов. В горле пересохло, а воспитанные люди не говорят, когда пьют. Стоило этим воспользоваться.
— И мне налей, пожалуйста, — попросила Стана.
Так и стояла в центре портальной комнаты и ждала ответа на своё предложение.
— Оно крепкое, — предупредил Кеннет, открывая бутылку.
— Я бы и от самогона сейчас не отказалась, — усмехнулась ведьма. — Не жадничай.
— Самогон тоже можно устроить, — глава клана наполнил два бокала до краёв. — У меня есть умельцы, которые гонят его из особого сорта южных растений. Огромных и колючих. Цвет получается феерический, запах тонкий, — Кеннет вернулся к Стане и отдал бокал. — Тебе бы понравилось.
— Когда мы пили самогон вместе в последний раз… Кхм… Лучше давай обойдёмся вином?
Стана отвела взгляд, смутившись от воспоминаний. Две недели тогда прошло с её свадьбы. Кеннет заливал горе крепким алкоголем и, когда перестал понимать где он, кто и как его зовут, пошёл во дворец.
— Да, не будем повторять ошибок, — глоток вина получился большим. Таким, чтобы унять муть, поднявшуюся со дна души. — Если ты согласна предоставить венец правды, то у меня есть две подозреваемые. Одна вручила кувшин, другая принесла его моей жене. Обе клянутся, что ничего не знают про яд. Кто-то лжёт. Я хочу выяснить, кто именно.
И если одной из ниточек суждено добраться до самой Станы, то так и будет. Не стоит торопиться. “Шаг за шагом”, — как говорил отец.
— Конечно, — Верховная улыбнулась. — Приказать доставить его сейчас?
— Да, чем быстрее я услышу правду, тем лучше.