В Трактирщице III, где магические волны накалают ваше воображение, ждет загадочная история бизнес-леди. Магические последствия отложенных ритуалов и интригующие тайны Хельда создают атмосферу напряженного ожидания, когда каждый крик окна или шепот за стеклом может быть сигналом беды....
— Но есть одна сложность. Традиции действительно запрещают прикасаться к тебе до родов.
— А если мы никому не скажем? — почти промурлыкала я. Нежность мужа пьянила, кружила голову. Я почти успела забыть, что он умеет быть таким. — Запрём двери, забаррикадируемся, повесим три купола тишины. Никто не узнает, что мы нарушили традиции. Снова.
— Ты будишь во мне демона сладострастия, — тихо зарычал Кеннет, — но я не против. Так здорово чувствовать себя живым. Я готов весь мир обнять. А целовать хочется только тебя.
Кучер не оборачивался и мы позволили себе отдаться чувствам. Поцелуи мужа были со вкусом травяной настойки ведьм. Его кожа пахла дымом от зажённых палочек в доме Этана. Клянусь, я никогда не чувствовала себя счастливее, чем сейчас. Но путешествие закончилось. Повозка остановилась у ворот нового особняка Делири.
Где-то на дорожках парка играли дети. Сюда доносились их звонкие голоса и мелодичное пение Амелии. “Море волнуется раз, море волнуется два…”
Приют переехал к нам недавно, но я уже не представляла полупустой особняк без юных воспитанников.
Стоило нам подойти к крыльцу, как из-за угла выскользнула Миса, оглядываясь по сторонам.
— Ясного неба, лин Делири, — скороговоркой поприветствовала главу. — Лина Хельда, можно вас на минуточку? Это важно.
— Если важно, то можно, — расстроено кивнула я. Хотелось поскорее утащить мужа в нашу спальню, чтобы удостовериться, что он вернулся.
— Светлых дней, Миса, — с лёгким налётом церемонности ответил Кеннет. — Да, я пока полюбуюсь на клумбы.
Немыслимое дело для порядков, принятых в клане, но корону мой муж никогда не носил.
Служанка проводила главу клана взглядом и достала из кармана на переднике помятый листок бумаги.
— Динали велела передать вам, — шёпотом отчиталась Миса. — Я вытащила его из урны в комнате лины Сандры. Кажется, там что-то секретное.
Письмо было любопытным.
