В Трактирщице III, где магические волны накалают ваше воображение, ждет загадочная история бизнес-леди. Магические последствия отложенных ритуалов и интригующие тайны Хельда создают атмосферу напряженного ожидания, когда каждый крик окна или шепот за стеклом может быть сигналом беды....
Брат Сокола, укравший из запасов магистра пробирку с кровью дракона, предпочёл скромно промолчать. Судя по всему, Плиний не знал о его предательстве. Или знал, но Франко успел стереть часть воспоминаний. Занятная получалась встреча.
— Жаль, что мы не достигли понимания, — притворно посетовал Кеннет. — Я хоть и свободен от клятвы меча, но меня вполне устраивает текущий правитель Фитоллии. И земли на территории клана мне достаточно.
— Довольствуетесь малым? — спросил Плиний, облизывая губы. — Очень зря. Не губите свой потенциал на корню.
— Разговор о намерениях закончен, магистр. Предлагаю вернуться к первоначальным условиям сделки. Вы забираете пленных элезиек, свою дочь и я вас отпускаю. В противном случае Дайна снова отправится в тюрьму, а из неё прямо в петлю. Мой ультиматум, написанный на стене логова медведей, истекает через два часа. Ваш ответ?
— Бар-р-ран твердолобый, — зарычала Лианна. — Верно говорят, Стана расплевалась с Аринским только потому, что ты начал спать с ней в открытую.
— Довольно, — Кеннет посмотрел на неё исподлобья. — Я жду ответ от Плиния.
— Я думаю, нужно соглашаться, — с самым непосредственным видом заявил Франко. — Ситуация не в нашу пользу. Армии медведей больше нет, а на весь Клан Смерти даже моего чёрного уровня не хватит. Конечно, если вам, магистр, дорога жизнь дочери.
Дайна до сих пор слышала разговор. Глава клана держал зеркало у бедра, но связь не разрывал. Лианна сложила руки на груди и нетерпеливо топала носком сапога. А на Плиния было жалко смотреть. Он весь скукожился, как рваный башмак, и затравленным зверьком поглядывал на Франко.
— Я пришёл сюда за Дайной и без неё не уйду.
— Да, пожалуйста, — пожал плечами белокурый маг. — Договаривайтесь. Я, если нужно, портал в Элезию открою, как обещал.
— Чушь какая, — сощурилась дикая ведьма. — Вы собираетесь уходить? После всех экспериментов, громких речей и обещаний?
— Я люблю свою дочь. Она — всё, что у меня осталось, — совсем тихо ответил Плиний.
— Пекло! — в сердцах выругалась ведьма. — До чего же нынче измельчали мужики! В кого ни ткни — глупец, слюнтяй и полное ничтожество.
