Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
Как получилось? Пошел в техникум. Год работал в милиции. Инспектором по делам несовершеннолетних.
Ушел.
— Не понравилось?
— Ответственность! Потом три года работал тренером в Средней Азии.
— Женаты?
— Был. Теперь живу с родителями.
— С Белогорловой вы дружили?
— Я дружу со всеми. Она, кстати, тоже занималась спортом. Мотоциклом,
— А сейчас?
— Говорит: здоровье не позволяет. Дыхалка.
— Курит?
— Совершенно не переносит дыма.
— А вы?
— Балуюсь, — он улыбнулся. — Если какая-нибудь необычная марка сигарет… — Леня — она на сладкое нажимает! Бывает, зайдешь: «Мать, голова болит! После вчерашнего…» Поставит кофе, шоколад у нее всегда есть…
— «Аленушка»?
— «Спорт».
«Скорее всего это ее пачка шоколада лежала в „Запорожце“, — подумал Денисов. — Там ведь тоже „Спорт“».
А запах сигарет — необычный. «Золотое руно». — Он внимательнее присмотрелся к собеседнику.
— …Перекусишь в библиотеке — и до вечера! — лицо его сияло от сознания собственной свободы.
— В тот день вы доехали с Белогорловой до метро?
— До Курского.
— Она сказала об этом?
— Я догадался. Обычно она едет до Измайлова.
— Вы знаете ее друзей?
— Лени? Нет… Муж сестры обычно заезжал. Геннадий. Таксист. Спокойный малый.
— Не он обычно просил Леониду Сергеевну к телефону?
— Когда звонили? — Костя задумался. — Нет. Мне кажется, Геннадия я бы узнал.
— Еще вопрос. Какие взаимоотношения были у Белогорловой с родственниками? В частности, с Геннадием.
Культурник подумал.
— Нормальные. Хотя… Вы сестру Белогорловой видели? Ничего особенного.
Леня интереснее ее. И фигура… Я имею в виду — они с Геннадием больше подходят друг к другу. И образование у обоих. В то же время… — он окончательно запутался. — Это ведь его второй брак. Жена, мне кажется, ревновала…
«Где могла находиться Белогорлова, когда я шел к платформе? Было мокро и слякотно, снег наполовину с дождем. Только в ремонтирующемся здании…»
Денисов поднялся к окну, заглянул вниз.
У камеры хранения, отгородившись поклажей, толпилось несколько человек.
Впереди, ближе к платформам, был виден культурник пансионата, он быстро удалялся, разбрызгивая высоченными каблуками лужи.
«Белогорлова была с машиной. Это не тот случай, когда негде уединиться, поговорить… — Денисов вспомнил царивший в здании хаос, груды валявшегося под ногами битого кирпича, штукатурки. Что-то требовалось в самом здании.
