Тридцатилетняя Катя неохотно отправляется в первый полет на турецкое море, уговоренная подругой. Не зная языка и боясь потеряться, она оказывается в совершенно новом для себя мире. Предстоит ли ей преодолеть страхи и полюбить путешествия, или она найдет способ вернуться домой в деревню?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Travel-блогер и я»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Тридцатилетняя Катя неохотно отправляется в первый полет на турецкое море, уговоренная подругой. Не зная языка и боясь потеряться, она оказывается в совершенно новом для себя мире. Предстоит ли ей преодолеть страхи и полюбить путешествия, или она найдет способ вернуться домой в деревню?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Инна Анатольевна Полежаева Самиздат подборки серии
Тридцатилетняя Катя неохотно отправляется в первый полет на турецкое море, уговоренная подругой. Не зная языка и боясь потеряться, она оказывается в совершенно новом для себя мире. Предстоит ли ей преодолеть страхи и полюбить путешествия, или она найдет способ вернуться домой в деревню?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он усмехнулся.
Я ответила Маше, что все также и пусть она не ждет, и глупостей не мелет. Почти то же самое написал матрешкам.
Родителям отправила кучу фото со всех мест, где мы сегодня были. А потом пошла в Instagram. Количество подписчиков у меня росло не по дням, а по часам. Я смотрела на эти цифры и думала, неужели людям заняться нечем?! Нет, понятно они подписаны на блогера, который интересно показывает путешествия и пишет о реальных ценах, маршрутах и так далее.
Но я?! Что вот они хотят узнать подписавшись на меня? Что я однажды выставлю фото, где Влассис голый в душе стоит?
Я перешла на его страничку. И обомлела. В первой же сторис под какую-то комическую музычку я стояла и орала «Полотенце», откуда-то сбоку выплывал полотенчик из дурацкого мультфильма «Южный парк» с надписью «рубрика: Катя за границей». И только я хотела возмутиться, как в следующем сторис появился какой-то мужик с теткой, которые показались мне знакомыми.
– Ты что? Нашел этих немцев? – поразилась я.
– Да! – он улыбнулся, – Они не злятся на тебя, я пояснил, что моя девушка перепутала двери в номер…
Я даже не обратила внимания на фразу «моя девушка». Они что-то там говорили, а снизу шел перевод всей истории. Потом в кадре мелькал сам Влассис, который очень активно и смешно рассказывал историю, как я перепутала двери. И в конце всего этого чудо повествования в замедленной съемке в камеру летел рулон туалетной бумаги…
Я даже не знаю, чего мне хотелось больше: придушить его подушкой, наорать или просто свернуть голову. А он продолжал невозмутимо монтировать…
– Я тебя убью, – сказала я, но прозвучало это скорее устало, нежели зло.
– Нет, – просто ответил он.
– Зачем ты это выложил?!
– Ты посмотри! У меня за какие-то пятнадцать минут просто взорвался директ! Тик-ток тоже разорвёт, уверен!
– О Боже! Ты еще и туда это выложишь?!
– Кать! – Он посмотрел на меня удивленно и сказал, – Ну это же смешно! И там ничего такого нет! Ты ж не бегала в стрингах за немцем…а жаль…
Я его точно убью…
Еще час, пока я просто лежала как на диване и пялилась то в телевизор, где нашлись русскоязычные каналы, то в телефон, Влассис монтировал. Из кучи всего, что он наснимал за день, он выбирал только лучшее в его понимании. Я сидела и думала, а зачем тогда столько снимать? Сделал бы пару кадров и ладно. Но мне не дано понять всех этих механизмов и нюансов."
"Но то, что получалось в конце, просто завораживало. Буквально два ролика по минуте о нашей поездке сюда. Но столько эмоций, где-то кадры мелькали быстро в такт музыке, и глаз успевал увидеть какие-то разрозненные элементы, типа фреска, скала, глиняный горшочек в углях и так далее, а что-то было медленным, красивым и тягучим, как закат на скале, когда открывался вид на вечерний город.
