В темной комнате ждала смерть, но яркий свет включился внезапно. Я упал на роскошный ковер и обнаружила себя в чужой квартире. Стены окружали тьма, а голос разума прорывался через нее, как новогодняя канонада.
– Мне всё время говорят, что я ещё слишком маленькая…
Её голосок прозвучал уже тише, и я поняла, что пора приступать к осмотру.
– Ну что же, принцесса Фрея, – стараясь говорить как можно более весёлым голосом, сказала я, – пусть это будет твоё первое самостоятельное решение. Ты разрешаешь мне осмотреть тебя?
Было видно, что такой подход для девочки был сильно в новинку. Она потупила взгляд, вжала голову в плечи… но тут же расправила их, попытавшись приосаниться.
Попытка вышла не очень, но её решимость меня порадовала.
– Разрешаю, – кивнула она, явно пытаясь выглядеть величественной. И вдруг спросила:
– Как тебя зовут, тетя травница?
– Рада, что вы спросили, ваше высочество! – тут же включилась я в игру, – Вообще меня зовут Гвендолин, но вы можете называть меня Гвен. Договорились?
Фрея кивнула. Мне показалось, что её лицо слегка порозовело, но радоваться раньше времени я себе запретила.
Я взяла в ладони её маленькие ручки – они были ледяными. Такими же оказались и ступни.
Нарушение кровообращения? Может, это следствие от того, что она постоянно лежит и толком не двигается…
– Скажите, пожалуйста, ваше высочество, – обратилась я к Фрее, – у вас что-нибудь болит? Или, может быть, недавно болело? Например, локти или колени?
Девочка нахмурилась, прислушиваясь к себе, и покачала головой.
Понятно, ломоту в суставах вычеркиваем.
Кстати, о вычеркивании…
Мне срочно нужен хотя бы листочек бумаги, чтобы я могла зафиксировать свои наблюдения! На память полагаться нельзя, вон, про такую важную штуку, как записи, я уже успешно забыла!
– Ваше высочество, – с легким смущением обратилась я к Фрее, – может быть, у вас есть какой-нибудь альбом с карандашами? Мне бы очень пригодился листочек…
– На, держи, – вдруг донёсся из-за двери гулкий голос Тайрона, и я едва не подскочила от неожиданности.
Метнулась к двери, которая приоткрылась. Аллатристе сунул мне небольшой блокнот и длинное белое перо, похожее на гусиное.
– Спасибо! – от всей души поблагодарила я его, – А чернила?
– Ему чернила не нужны, – хмыкнул Тайрон, – ты что, впервые самопишущее перо видишь?
Я помотала головой, чтобы не тратить время на очередной раунд пустопорожних споров, и плотно закрыла дверь. Вернулась к Фрее; та лежала, откинувшись на подушку и прикрыв глаза.
Однако, стоило мне приблизиться, как она тут же их открыла.
– Что такое карандаши? – вдруг спросила она.
