Лили шла одна по темной и непривычной для нее местности, где даже днем опасно находиться. Неожиданная встреча с орками стала последней каплей, заставившей ее сделать выбор. Устрашение перед этим воинственным племенем смешалось с необходимостью и вдруг превратилось в нечто больше — вызовом, который Лили решилась взять на себя....
Он зевнул, уткнулся лбом в мою грудь, и я прижала его крепче, словно пытаясь удержать в себе всё это счастье.
— Он точно будет упрямым, как его отец, — прошептала я сквозь улыбку.
— А если будет красивым, как его мать, — отозвался голос позади, — то мне придётся защищать его от половины деревни. Или хотя бы от дочери Гарры.
Ветер вышел из дома, неся за плечами охотничий лук и связку сушёных трав. Волосы его стали чуть длиннее, взгляд — чуть мягче, но в нём всё ещё жил тот самый огонь. Огонь Гр’Кара’Та, который так и не погас.
И он по-прежнему смотрел на меня так, как будто я — его север, его юг и его рассвет.
Он склонился, поцеловал меня в висок — осторожно, с нежностью, что оставляла след в каждом вздохе.
— Устал? — спросила я, не отрывая взгляда от сына.
— Никогда, если рядом вы двое, — ответил он.
Из сада раздался возмущённый голос:
— Он снова жуёт мои косички! Лили! Он жуёт мои волосы, а я только их заплела!
Я рассмеялась.
Астра вынырнула из-за лавандового куста — повзрослевшая, уверенная, с кинжалом за поясом и повязкой на лбу.
Малыш потянулся ручкой и ухватил мой амулет на счастливую судьбу.
— Смотри, — сказал Ветер, — он уже сейчас хочет решать свою судьбу самостоятельно.
Я посмотрела на него.
— И если бы всё вернуть… ты бы снова пустил ту стрелу?
— Только в ту же сторону, — ответил он.
Он протянул руку, погладил сына по голове — осторожно, с тем трепетом, что я так хорошо знала. А потом посмотрел на меня. Долго. Так, как смотрят не на прошлое, не на мечту — а на настоящее. На жизнь, которая сбылась.
К нашему крыльцу подошла знакомая фигура. Широкоплечая, с косами, заткнутыми за ухо, в жилете из шкуры и с фирменной ухмылкой.
— Гарра, — улыбнулась я.
— Не сбежала, — фыркнула она, — вежливо уклонилась, как учит меня говорить твой отец. Вот решила проверить, как здесь ваша мелочь — не закричал ли уже на весь посёлок, как мама в ту самую ночь.
Я покраснела, а Ветер усмехнулся, качнув головой:
— Осторожно, Гарра. У моего сына слух, как у матери. Запомнит — потом припомню!
— Конечно припомнишь! И спасибо ещё скажешь! Ему лучше сразу знать, кто здесь настоящая легенда.
