О чём книга «Травница»
Травница-интуит находит свое знание в лесу Берендеев Бор. В поисках трав и грибов она обнаруживает странные обстоятельства, которые уводят ее от обыденности. За приключением скрываются тайны природы и нечто необъяснимое.

Травница-интуит находит свое знание в лесу Берендеев Бор. В поисках трав и грибов она обнаруживает странные обстоятельства, которые уводят ее от обыденности. За приключением скрываются тайны природы и нечто необъяснимое.
Раздел Chitat.online для книги «Травница» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Травница-интуит находит свое знание в лесу Берендеев Бор. В поисках трав и грибов она обнаруживает странные обстоятельства, которые уводят ее от обыденности. За приключением скрываются тайны природы и нечто необъяснимое.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ульяна Каршева Легкое чтение Мистика Фантастика подборки серии
Травница-интуит находит свое знание в лесу Берендеев Бор. В поисках трав и грибов она обнаруживает странные обстоятельства, которые уводят ее от обыденности. За приключением скрываются тайны природы и нечто необъяснимое.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хорошо, что я не способна на чувства. И хорошо, что внезапное появление Игоря напомнило мне об этом.
Кожей почувствовала, как открылась позади дверь. Не оборачиваясь, сказала:
— Ещё минут десять — и зайду. Регги со мной посидит, ладно?
— Только Регги? А мне нельзя? — сказал Сергей.
— Хозяин — барин, — не успев сообразить, что именно говорю, откликнулась я.
— Опять! — раздражённо сказал он и подъехал ближе. — Что случилось? Чего ты разозлилась? На кого? Какого чёрта вообще происходит?
Сначала я решила, что он сам злится, из-за того что я даже не оборачиваюсь к нему, разговаривая. Но оказалось, его больше злит, что он не может подъехать к той ступени, где мы сидели с Регги. Пандус — в стороне. Тогда я молча вошла в дом, вынесла из холла стул и поставила рядом с его креслом. Села.
— Нормально, — ровно сказал он и немедленно взял меня за руку, свесив свою за подлокотник кресла. Ладонь сухая и холодная. Ладно, пусть погреется… Но от первоначальной темы разговора он не собирался отступать. Дёрнул за руку, заставив обернуться, и спросил: — Ну, так скажешь, в чём дело?
— Столько событий, — медленно, подбирая слова, выговорила я. — Устала немного. Не привыкла к слишком активной жизни.
— А к какой привыкла?
— К упорядоченной. Мне нравится, когда всё течёт спокойно, без катаклизмов. Я вообще домашняя. Не очень люблю кардинальных изменений в жизни.
— И что? В моём доме ты этого не нашла? — недовольно спросил он.
— Сначала нашла. Но потом как-то всё кувырком, и всё не так… Не обижайся…
— День рождения — это всегда катаклизм, — угрюмо сказал он. — Перетерпи. Потом всё успокоится — и будет тебе вожделенный покой.
Мы сидели на крыльце и смотрели, как постепенно густеет мрак на ровном зелёном газоне, как чернеют тени от кустов, а призрачно-светлые деревья в уходящем солнце становятся плотней… Сергей снова тихонько встряхнул мою ладонь. Похоже, ему удобно обращать на себя моё внимание таким образом.
— Тебе здесь нравится?
— Конечно. Такое место чудное. Сад как лес. И сам лес — рядом. А уж малинка белая да вишня… Райский сад… А ты? Почему ты здесь? Ты же, я так поняла, человек деловой. Почему не в городе живёшь? Или в пригороде. Я видела там красивые дома…
— Это наши земли, — спокойно сказал он. — Земли, на которых на протяжении нескольких столетий росли поколения нашей семьи. За давностью лет никто, конечно, задаром нам этих земель не вернёт, хотя старые документы на право владения ими есть. Но я постепенно скупаю участки. Осталось совсем немного — часть дачного посёлка. Земля здесь не самая лучшая. Нужно много удобрять и перерабатывать. Под дачные участки плохо годится. Продают охотно.
Я представила: несколько столетий на одном месте — одна семья.