Конечно, этому явно было какое-то объяснение, но я пока не могла его найти. В голову лезла только догадка о том, что я всё-таки травница. Может поэтому любое зелье или снадобье, сделанное моими руками, чудодействующее? Ну а почему бы и нет? Это бы объяснило, почему местные сами не лечатся с помощью трав, а обращаются за помощью к травнице. Потому что её настойки более эффективны. Я бы даже сказала, намного эффективны.
— Вань, ты как? — спросила я, проследив за тем, как его вид возвращается к совершенно нормальному.
— Всё хорошо, госпожа травница. Чувствую себя прекрасно, — ответил тот, продолжая лыбиться.
— Вот и хорошо. А то ты напугал меня, — выдохнула я. — Спасибо за помощь, Вань. Но как ты так умудрился? Фёдора не было дома? — спросила я, но парень не успел дать ответ. В дверь постучали, и я поспешила её открыть, обнаруживая на пороге… Димитрия. Конечно же, его, кого же ещё!
Инквизитор выглядел довольно бодро, несмотря на то, что часть ночи мы провели вместе. И ладно бы занятые каким приятным делом, и нет, не тем, о котором можно было бы подумать. Нет. В последнюю очередь я бы хотела провести ночь, будучи допрашиваемой Димитрием. Но его, кажется, всё устраивало. И совершенно не волновало, что в мой дом он зачастил.
Мало того, в этот раз он был не один. За его спиной маячил хмурый рыжебородый мужчина. И я могла только догадываться, кто это и что этим двоим от меня надобно.
— Госпожа травница, доброго утра, — поприветствовал меня инквизитор, цепким взглядом сначала окидывая меня, а после и то, что было видно за мной. По правде говоря, не так уж и много. Но я не собиралась сторониться. Достаточного и ночного досмотра.
— И вам того же, господин инквизитор. С чем пожаловали? — поинтересовалась я, прищуренным взглядом разглядывая мужчин.
— Да вот, Фёдор… — начал было Димитрий, но тут же был перебит своим спутником.
— Это он! — воскликнул незнакомец, тыча пальцем в Ваню за моей спиной. — Он перевернул у меня три улья, сломал лавку и стол, а ещё выломал забор вместе с калиткой!
Медленно развернувшись к Ване, я посмотрела на него укоризненным взглядом. Вот чуяло моё сердце: добром дело не кончится. И пожалуйста. Какое уж тут добро? Беда самая настоящая, а не мельник. И да, именно ею Ваня и был. Бедой!
Что ж, похоже, мне придётся исправлять ошибки влюблённого в меня парня.
— Господин инквизитор, — снова повернувшись к Димитрию, обратилась я к нему. — Это недоразумение.
— Правда? — вскинул правую бровь мужчина, скрещивая руки на груди.
