Без стука вошел в спальню и, остановившись в дверях, уставился на меня долгим и многозначительным взглядом, который не предвещал ничего хорошего.
— Что-то случилось? — поинтересовалась я, принимая сидячее положение и прикрываясь тонким одеялом.
— Это ты мне расскажи, — сухо произнес он, даже не поздоровавшись.
— О том, что в мое отсутствие творится в моем доме.
Я на мгновение прикрыла газа. Значит, Лоран все-таки меня выдал.
— Себастьян, послушай…
— Я и слушаю... внимательно. — Он прошел вглубь спальни и сел в кресло, закинув ногу на ногу. — Только давай пропустим фразы, что ты не виновата и все само получилось. Сразу приступим к делу.
— Они просто попросили меня о небольшой услуге.
— Ты уже и сам все знаешь, — вздохнула я. — Профессор Вайлдери пытался завалить их на зачете по зельеварению, специально дал невыполнимое задание. Я помогла им все сделать.
— И решила преподавать, хотя я тебе запретил.
— Я не преподавала, — возразила я. — Лишь давала советы.
— Всего три дня. После того, как твой друг обо всем узнал, я перестала помогать. Мы просто общались.
— Для тебя это может стать открытием, но мне нужны друзья.
— Отлично! — Себастьян резко поднялся с кресла. — Завтра утром будь готова.
«Допрыгалась! Он все-таки сошлет меня в дальнее поместье!» — в панике подумала я, но на всякий случай уточнила:
— Мы приняли предложение ректора, — подходя к дверям, сообщил муж.
Как будто это что-то объясняло.
— Какое предложение?
— О работе в академии. Завтра твой первый день в качестве второго преподавателя по травологии и зельеварению.
Надо ли говорить, что данная информация совершенно выбила меня из равновесия, лишив сна и покоя? Да какой мог быть сон, когда Себастьян вдруг резко изменил свое мнение и согласился принять предложение ректора! И пусть он сформулировал так, будто мы решили вместе, но на самом деле все было иначе. Это Конте дал свое согласие.
Почему-то я не сомневалась, что к этому приложил руку Лоран. Не знаю, как у хозяина теней получилось уговорить моего мужа, но я была безумно ему благодарна.
Сначала я твердо решила лечь спать. Устроила голову на подушке, продолжая при этом широко улыбаться, и честно смежила веки. Как-никак завтра мой первый рабочий день, и следовало выглядеть красивой и выспавшейся.
Однако внутри все пело, плясало и гудело. Говорят, от счастья в животе порхают мотыльки. Мои этой ночью словно взбесились и устроили самый настоящий праздник. Сердце колотилось как сумасшедшее.