После чего с очередным хлопком вновь растворился в воздухе, оставив после себя лишь лужицы воды на полу.
— Ужинай без меня, — велел Себастьян, направляясь к лестнице.
— Хорошо, — тоже поднимаясь, кивнула я. — Что-то случилось?
— А мне потом расскажешь? — с надеждой поинтересовалась я.
Это означало «нет». И я с досадой подумала, что Себастьян настолько вжился в роль моего защитника, что теперь больше походил на отца или старшего брата.
О чем беседовали эти двое, мне так и не рассказали. Поужинав, я некоторое время просидела в гостиной, а потом поднялась в спальню.
Когда начала раздеваться, обнаружилось, что я где-то потеряла свою брошку в виде букетика сирени. Решив, что оставила ее в гостиной или на кухне, я снова спустилась. Только вот брошка нигде не находилась. Неужели обронила в академии? Бросив бесполезные поиски, я приняла ванную и легла спать.
Себастьян ко мне так и не зашел.
А на следующее утро мне стало не до расспросов. Да и про брошку я совсем запамятовала. Она ведь, по сути, почти ничего не стоила и была дорога лишь как память о моих приключениях в Овейде.
Все события затмило новое письмо от старшей сестренки, которая просила о встрече как раз накануне пикника. Я бы его проигнорировала, если бы Дейзи не опустилась до угроз. Никакой открытой агрессии, сестренка просто писала, что с ней связался столичный «Вестник», чтобы взять интервью у сестры таинственной леди Шанталь Конте.
«Вот ведь паразитка! — в сердцах подумала я. — А Себастьян еще разрешил им с мужем жить в нашем доме, кормит, поит, создает условия».
— И что теперь делать? — спросила я после завтрака, вручая мужу письмо.
Я понимала, что ему это не понравится и очень боялась, что Себастьян рассердится. Как бы я ни злилась на Дейзи, она оставалась моей сестрой. Не хотелось, чтобы она пострадала.
— Тебе надо встретиться, — неожиданно заявил он, задумчиво помешивая чай.
— Ты отпустишь меня одну? — удивилась я.
— Нет, я поеду с тобой. Встречу назначь в центральном кафетерии возле императорской резиденции. Столик для вас я закажу. Место многолюдное, но мы все равно предпримем меры для предосторожности, обвешаем тебя защитными артефактами и так далее.
— Ты ведь запрещал мне выходить за пределы академии из-за Джара и его мести, — напомнила я. — Или что-то изменилось?
— Изменилось, — согласился Себастьян, задумчиво глядя перед собой. — И я не знаю, хорошо это или плохо. В любом случае, риск есть.
— И что это значит? Не хочешь поделиться?
— Потом. Нам пора на занятия, — произнес Себастьян, поднимаясь со стула и на ходу доедая тост с маслом и джемом.
— Ты опять будешь присутствовать на всех парах? — спеша следом, спросила я.
— Нет. На этот раз ты будешь разбираться сама, дорогая.
Конечно, я боялась.