Автор
В шестом часу утра зазвонил телефон, и Марина резко вскочила с кровати, недоумевая о причине столь раннего звонка. Узнав имя来电者, она вдруг обмякла от страха и волнения: подруга на грани кризиса, жестоко разорившаяся супругом. Марина сразу поняла, что дело нешуточное — требуется секретарь, способный помочь их семье в эти трудные часы....
Наконец, нахожу в кармашке что-то подходящее и, матерясь себе под нос, начинаю быстро собирать волосы в хвост. Тут вспыхивает свет, и я, вскрикнув от неожиданности, оборачиваюсь.
На меня смотрит… в первое мгновение Муромцев кажется мне просто великаном. Макушкой я едва достаю ему до плеч, а в пиджак можно завернуть троих пигалиц вроде меня. Для того, чтобы увидеть лицо, приходится задрать голову. Чёрт побери, такому и правда только супергероев играть, даже показалось, что он напоминает какого-то актёра, хоть я и не могу вспомнить, какого именно.
— Что?
— Вы мне не подходите! — эта скала, упакованная в костюм, шагает ко входу в кабинет и тянется к ручке двери.
— Вы не задали ни одного вопроса! — я настолько ошарашена его появлением, что не сразу соображаю, что сказать.
— Мне нужен личный секретарь, а не очередная девица, которая будет спать и видеть, как бы пробраться ко мне в постель! — рубит напрямик Муромцев.
Я закашливаюсь, хватанув ртом воздух от неожиданности. Да уж, такой миндальничать не будет. Прямой как рельса! И такой же гибкий, видимо.
— Я не собиралась лезть к вам в постель! — возмущаюсь в ответ.
— Да, и поэтому пялитесь на меня и переспрашиваете? — повернувшись, издевательски произносит он. — Свободны!
— Но… — я практически в отчаянии. Чёрт, мне нужно хотя бы попробовать пройти собеседование! И тут в голове, подсказанная разговором с Марусей, мелькает сумасшедшая идея.
Впрочем, каком-то смысле я даже не соврала. Мне всегда удавалось выбирать исключительных придурков. Первый был ещё в старших классах школы — мы встречались год, а потом он позвал на выпускной бал мою подругу. Второй слился, как только маму разбил инсульт. Презрительно сообщил, что не подписывался помогать сиделке и был тут же отправлен в закат.
Муромцев зависает, глядя на меня. Он, конечно, понял моё признание несколько в другом ключе, но разубеждать его я не собираюсь — мне как раз это и нужно.
