Автор
В этом жутковато-хорошеньком романе мы следим за женщиной, которая оказалась лицом на скамье подсудимых вместо любимого Вити, заключенного по обвинению убийства. Мать вынуждена сообщить печальный приговор семьям, и это оказывает страшное влияние на жену: губы ее дрожат от слез, когда она смотрит в глаза матери Витя, что больше не жив....
"
"– Доктор просил не расстраивать тебя, – не моргнув глазом соврала Соля. – О том, что я собираюсь уезжать, ты знала – я от тебя и не скрывала никогда, просто слишком уж старалась не афишировать, чтоб не сглазить. Но получилось так, что пришлось сделать это быстро.
– Почему? – не отступала я.
– Это сложно объяснить, Даша. Просто так получилось. Как тебе квартира? Есть еще спальня, но и ее я хочу изменить немного – не выношу этот прованский стиль, цветочки-розочки…
– Квартира хорошая, – кивнула я, – и район отличный.
– Что объяснить? – перебила Соля, вдруг зло сверкнув глазами. – Что я должна тебе объяснять? Почему уехала? Это мое личное дело. Почему тебе не сказала? Так врач запретил тебя волновать. Что тебе еще от меня нужно? Я ведь не спрашиваю, как ты из клиники выбралась и зачем сюда прилетела.
– А ты спроси. Мне скрывать нечего, я отвечу.
Соля взяла пачку сигарет, распахнула настежь окно и уселась на подоконник – всегда любила так сидеть с сигаретой, глядя вниз, на лежащий под ногами город – неважно, какой именно.
– Подозреваю, что я могу не утруждать себя вопросами, – выпустив дым ноздрями, сказала Соля. – Ты ведь и так мне об этом расскажешь, правда?
– Расскажу. Только смени, пожалуйста, этот тон.
– А что не так?
– Ты никогда не говорила со мной свысока, это неприятно.
– Ох, прости, дорогая! – воскликнула Соля, бросая недокуренную сигарету в пепельницу. – Я совсем забыла, с тобой же можно говорить только почтительно согнувшись в поклоне! Ты ж королева у нас, да? Так считай, что произошла революция.
Мне показалось, что я ослышалась.
– Соля, Соля, боже мой, что ты говоришь? Какая королева, какая революция? При чем здесь это? Я приехала просить помощи, я так долго искала тебя…
– Зачем? – немного успокоившись, спросила Соля.
Я на секунду замялась:
– Ведь ты, Соля, ты же мой самый близкий человек после мамы…
– И что? Это накладывает на меня какие-то дополнительные обязанности?
– Конечно нет, но я думала, что ты… что ты поможешь, что ты о чем-то знаешь, – лепетала я, чувствуя себя абсолютно беспомощной перед этой новой Солей, бросающей высокомерные холодные фразы.
