В журналистских рядах появился новичок — и он уже нарушает правила. Неужели драконы тоже могут быть одиноки? Этот парень думал, что его не заметят, но я все учуяла. Его пренебрежение к кому бы то ни было лишь подстёгивало меня писать о нём ищущей глазами.
Мы прокатимся, посмотрим на наш старый дом. Помнишь наш старый дом?
Эрьяр сел на козлах рядом с кучером, чему мы с Рози были только рады. Пусть бы там и сидел всю дорогу!
Когда карета въехала в Райс, мы немного повеселели, высматривая знакомые дома. На подъезде к Садовой улице Рози вдруг сунула руку в карман и достала смятый лист бумаги.
– Что это, птичка?
– Рисунок. Остался в моей книге. Помнишь, я рисовала наш дом и поющие кристаллы в подвале?
– Да, точно. А зачем он тебе?
– Сейчас… Смотри.
Я выглянула в окно и увидела, что на перекрестке стоит мадам Пирип и растерянно смотрит на приближающуюся карету.
– Рози, что ты делаешь?
Рози надулась и не ответила.
– Рози, ты знала, что мадам Пирип сюда придет? – не отставала я.
– Да! Это я ее позвала. Мысленно.
– Что? – опешила я.
– Мама, какая же ты непонятливая.
Я в самом деле ничего не замечала. Вернее, не хотела замечать. Но теперь-то пора взглянуть правде в глаза. Рози унаследовала дар своего отца. Она – маг.
Глава 64
Моя дочь – маг. Моя девочка, которую я сама родила! Почему-то эта новость никак не укладывалась у меня в голове.
– Мамуля, ну не смотри так. – Рози забралась ко мне на руки и обняла.
– Моя маленькая защитница… – прошептала я.
«Моя храбрая маленькая магичка, это я должна тебя защищать, а не наоборот», – с грустью добавила я про себя.
Крепкие лошади без устали мчались вперед. В прошлый раз мы с Розали добирались до города в скрипучей почтовой карете, забитой под завязку путешественниками и вещами, да и то успели в Райс до заката.
Да только Эрьяр плохо представляет, что ждет нас в имении. За месяцы нашего отсутствия дом пришел в запустение. Единственная пригодная для жизни комната наверняка покрылась плесенью из-за протекающей крыши, дровяная печь на кухне не работает. Ночевать придется в холоде и на голодный желудок. Я-то готова смириться с неудобством, но Розали может разболеться.
