На мокрой асфальте проносятся капли дождя, подчеркивая скуку моего дня. Я вздохнула в окно, словно желая отвлечься от предстоящих неурядиц — Натка решила отправиться в Японию без меня и сомнений. Моя решимость вернуться домой не уступает ее решению, даже если она сулит много рисков....
Сейчас я вытащу кляп, но если хоть одна из вас закричит, стреляю без предупреждения!
Немного отдышавшись, мы стали рассматривать своих обидчиков.
— Руки бы тоже освободили, больно же все-таки, сил нет терпеть, — пожаловалась я.
— Потерпите!
— Но вы ведь все равно с пушкой, так что в случае чего можете стрельнуть. Прав-да, в этом доме нет шумоизоляции, тут стены из картона, все слышно.
— Точно, — поддержала меня Натка. — Я иной раз ночью сплю, а сосед кран плохо закрутит — так слышно, спасу нет! Кажется, что прямо по голове: кап-кая-кап.
— Не говори, подруга, — продолжила я, развивать эту тему, — понастроили коробок, а о людях не позаботились. Даже в туалете нельзя нормально посидеть, соседи стучат — все слышно. Вот теперь мальчики пришли, а толком пострелять не могут — Шумоизоляция не позволяет…
— Заткнитесь, вы! — перебил нас второй качок и посмотрел на Михея. — Они чокнутые, что ли! Григорич нас предупреждал, что они гонят будь здоров как, но ведь и меру надо знать!
— Так вы, значит, от Григорича? — спросила я.
— От него самого.
— Так надо было бы сразу предупредить Мы бы хоть себя в порядок привели, стол накрыли. Григорича мы знаем и уважаем. Качки растерянно переглянулись."
"— Павлуха, девчонки, в натуре, гонят!
— Кто кого гонит? — улыбнулась Натка. — Мы вас никуда не гоним. Только не по-людски как-то вы к нам в гости пожаловали, руки вот связали. Развязывайте давайте, а я вам: картошечки быстренько сварганю. Голодные небось? Уж мы-то знаем жизнь бандитскую — вечно холодные, голодные, невыспавшиеся.
— Конечно, — поддержала я Натку. — Стол накроем, посидим по-человечески. Мальчики за столом и расскажут, зачем пожаловали, а то неудобно как-то: Григорич нам всегда столы накрывал, деликатесы выкладывал, дорогими джинами поил. Деликатесы мы вам, конечно, не обещаем, но что имеем — все на стол поставим.
— Послушай, Михей, на фиг мы им рты-то освободили! Они нам даже слово не дают сказать.
Михей поэкал плечами и задумчиво сказал:
— Павлуха, а может, и в самом деле им руки развязать? Девчонки нормальные, пусть на стол накроют.
— Правильно, — поддакнула я Михею. — Правильно говоришь, сразу видно — наш человек.
Качки переглянулись и развязали нам руки. Мы отправились на кухню и принялись чистить картошку. Качки сели напротив и следили за каждым нашим движением.
