На мокрой асфальте проносятся капли дождя, подчеркивая скуку моего дня. Я вздохнула в окно, словно желая отвлечься от предстоящих неурядиц — Натка решила отправиться в Японию без меня и сомнений. Моя решимость вернуться домой не уступает ее решению, даже если она сулит много рисков....
Правда, раньше мне и в голову не приходило, что в Токио они зовутся «российскими менеджерами». То ли дело на родине — просто братки. Понятно и доступно.
Незаметно я стала засыпать, вспоминая ярко-красную «Хонду» и своего спасителя. Обидно, что он не захотел мне помочь. Вроде и внешностью я не обделена и стрелять, оказывается, умею… Проснулась я от того, что кто-то потрепал меня по щеке. Открыв глаза, увидела Натку. Она неплохо выглядела.
— Ну ты и спишь, подруга. Скоро репетиция.
— Ну ты и бродишь…
Натка достала из кармана несколько стодолларовых купюр.
— Пятьсот баксов, — подруга помахала долларами у меня перед носом. — Учитывая, что он нормально отвалил хозяину. И это только за одну ночь!
— Он что, миллионер?
— Круче.
— Миллиардер?
— Не угадала.
— Значит, он родственник греческого магната — мультимиллиардера Аристотеля Онассиса?
— Да уж в этом случае я бы получила пять тысяч баксов, — засмеялась Натка.
— Тогда он родственник Барбары Хаттон, самой богатой дамы в Америке.
— Ну ты загнула! Нет. Он политический деятель. Короче, дипломат. Только об этом — никому, в наше заведение он приходит инкогнито. Не вздумай проболтаться!
— Больно надо, — надулась я. — Ты так о нем говоришь, словно теперь он будет твоим постоянным клиентом.
— Ты попала в самую точку. Наша ночь прошла довольно романтично, на его личной яхте, пришвартованной у пирса. Шикарное судно! Я сразу смекнула, что такая может быть только у состоятельного человека. Ну а дальше все прошло великолепно.
— Только не забывай, что ты для него всего лишь русская проститутка, и только.
— Мне кажется, что наши отношения намного серьезнее…
— Не обольщайся, тем более что утром он отвалил тебе пятьсот баксов…
— Нет, Иришка, по-моему, он в меня втрескался.
— Не завидуй. Помимо денег, они заработают себе букет венерических болезней, в конец потеряют достоинство и истреплют психику.
— Господи, а кому нужно твое достоинство? — смахнула слезу Натка.
