Я пока не нажилась вволю!
— Дура ты! Нам не выкарабкаться! Вскоре они нас нагонят и прострелят колеса. Это конец!
— Сам ты конец! Чтоб он у тебя отсох! Сними с брюк ремень и перетяни то место, куда попала пуля, иначе ты потеряешь много крови и умрешь.
Марат усмехнулся, но все-таки послушался меня. Снял ремень и перетянул руку.
— Вот так-то! — улыбнулась я и громко запела песню.
Марат вытаращил глаза и покрутил пальцем у виска.
Проклятый микроавтобус не отставал. Ну сколько можно сидеть на хвосте? А вдруг нам и в самом деле прострелят колеса? Я запела еще громче и подмигнула Марату.
Он говорил мне: будь ты моею,Сладости рая мне обещая.Бедному сердцу так говорил он,Но не любил он,Нет, не любил он меня!Я орала во все горло, смахивая слезы.
— Да перестань ты завывать, — настаивал Марат. — Слушай, может, передашь руль мне?
Я усмехнулась и надавила педаль газа до упора. Машина в секунду набрала максимальную скорость. Мне казалось, что еще немного — и мы взлетим. Марат сжался и испуганно закричал:
— Ты что надумала, придурочная?
— Сейчас увидишь.
— Ты же можешь потерять управление!
— Заткнись и смотри внимательно.
Я резко развернулась и помчалась навстречу микроавтобусу.
— Ты что, дура! Сворачивай! — Марат силой попытался отобрать у меня руль.
Я, не глядя, заехала ему в ухо.
— Я же просила тебя заткнуться и не мешать мне!
Марат схватился за голову и вжался в сиденье. Машины стремительно приближались. Когда осталось совсем немного, нервы у братков не выдержали. В такие игры они явно не играли. Микроавтобус попытался избежать столкновения и рванул вправо, его занесло и перевернуло несколько раз. Затем он ударился задом о столб и полетел вниз с моста, а это около двадцати метров. Упав колесами вверх, он черва несколько минут взорвался.
Я сбавила скорость и вытерла пот со лба. Затем посмотрела на Марата. На его глазах были слезы. Смахнув их, он, почему-то шепотом, произнес:
— Ирка, ты случайно в дурдоме на учете не стоишь?
— Пока нет.
Остановив машину, я легла на руль. Руки слегка тряслись — нервы были на пределе. Я просто хотела жить! Выйдя из машины, я села на землю. Марат сел рядом и тихо спросил:
— Что с тобой?
— Ничего.
— Ты хоть понимаешь, что сейчас произошло?
— Мы остались живы…
— Кто научил тебя так водить машину?
— Я самоучка. Я вообще по жизни самоучка. Всему учусь сама. У отца был старенький «запорожец», и он иногда давал мне покататься.
— А где сейчас этот «запорожец»?
— Я его разбила, когда училась, — улыбнулась я.
— Ты ненормальная.
— Может быть.
— Я хочу сказать, что у тебя железные нервы. Даже у меня они не выдержали.
— Я же тебя предупредила, что этот аттракцион не для слабонервных.
Марат надулся и распорядился:
— Садись на место пассажира. Дальше машину поведу я.