Автор
В глубинах трёх лунных ночей мир становится невероятен. В этом мире существуют магические драконы и странная манда молодых ребят, отважно защищающих свои права и природу. Трое друзей вынуждены бежать из своего города, чтобы избежать ужасного будущего, ожидают их там. А над ними властвуют тройка лун - символы новых вызовов и возможностей....
В темноте что-то вдруг заскреблось, и Солнышко в ужасе едва не спряталась за спиной лежащего дракона. Однако, когда робко повела факелом, в углу блеснули крошечные глазки, за которыми виднелись треугольные уши и промокший рыжий мех.
Обыкновенная лисица, да ещё какая нахальная! Вошла в пещеру, как к себе домой. Оказывается, есть и другой вход, и оттуда даже несёт холодным сквозняком. Похоже, склон горы тут совсем рядом.
Из пасти лисицы висела убитая белка. Бросив на золотистую гостью презрительный взгляд, зверёк шагнул вперёд, явно не считая её сколько-нибудь для себя опасной.
– Кыш! – бросила Солнышко. – Поищи себе другое логово.
– Ничего, это еда, – слегка оживился Камнерой. Пасть его со скрежетом приоткрылась, лисица подскочила и сунула туда белку, ещё раз надменно покосившись на незнакомку. Дракон принялся медленно жевать."
"– Ого! – Солнышко не верила своим глазам. Выходит, лисы разумны, не только воришки? А может, и все животные умнее, чем кажется? Этак скоро и есть некого станет, всех будет жалко! – Как тебе удалось её так натаскать?
Камнерой не торопясь дожевал, с усилием проглотил дичь и ответил:
– Я не натаскивал, я её зачаровал.
Солнышко озадаченно нахмурилась.
– Как это? Все знают, что магия дракомантов действует только на неживые предметы!
– На животных тоже, если деваться некуда. Надо только очень постараться.
– Жуть какая… – Она зябко повела крыльями.
– Еда не против.
Солнышко не сразу поняла.
– Ты что, назвал лисицу Едой?
– Почему бы и нет? – ответил он с едва заметным пожатием плеч.
– Странное имя… а для неё ещё и страшное, понимай она его.
– Об этом я как-то не подумал. И потом, знакомиться ей было не с кем, так какая разница. Так или иначе, зачаровал я её только на добывание пищи, раз в несколько дней, а в остальное время пусть делает что хочет – лисица как лисица…
Будто отвечая на его слова, Еда шумно отряхнулась, обрызгав Солнышко с головы до лап, и трусцой выбежала из пещеры.
– Надо же мне было что-то есть, – продолжал Камнерой, – не умирать же с голоду.
Солнышко неопределённо хмыкнула. Идея зачаровывать живых существ ей решительно не нравилась. А вдруг магия сработает и против кого-нибудь покрупнее лисицы? О таком даже думать не хотелось.
– Не могу поверить, что у меня есть дочь, – проговорил Камнерой, и печаль в его голосе наполнила её сердце теплом. – Когда-то я мечтал… пытался представить, какими могли бы быть наши с Тёрн драконята, – но потом решил, что теперь слишком поздно.
