Когда я вышел на воздух после раннего звонка Соки Тосикова, день уже клонился к полдню. Я промчался в ванную, но подчиненный с ходу предложил мне поторопиться и не спешить: "Вообще-то мог бы и раньше разбудить", — прикрываясь недовольством. Мысленно добавив острый отзыв, я вернулся к завтраку и зашел в свой кабинет, где встретил звонок от Гуляева....
Хотя, может быть, Таширов со мной и за один день справится — я же все-таки не совсем Соколов.
Но я ошибался. За один день мы с Тимуром Яромировичем не справились. Не вложились и в два дня, а вот до третьего дня я думал, что просто не доживу — слишком требовательным наставником оказался Таширов. Да и методы со Ждановым у них оказались совершенно разными.
Глеб Александрович просто выпивал из меня все соки изнурительными тренировками и продолжалось это до тех пор, пока я не научился правильно работать с энергетическими потоками, распределяя их верным образом.
В случае с Ташировым все было несколько иначе.
Основную часть времени наших тренировок заняли медитации, причем происходило это на свежем воздухе. На морозе, разумеется. Нужно ли говорить, что из одежды разрешался лишь спортивный костюм и кроссовки. Да и то, видимо Тимур Яромирович сжалился надо мной — сам он все время ходил босиком.
Для начала мы выяснили мой ранг — оказалось, что я практик, при этом сам Таширов был магистром. Насколько я понял из его слов, круче него в Российской империи магов времени не было.
Когда мы подошли к тренировкам, я понял, что по сравнению с ним, я действительно еще мальчишка. Видимо, в свое время я покинул отчий дом на Эпсилуме слишком рано и мой наставник по магии не успел вложить в мою буйную голову всего, на что был способен.
По моему личному пониманию я был не просто Одаренным, а практически сверхъестественным существом и мог замедлять или ускорять ход времени.
Я ошибался. Оказывается, это возможно. И не просто возможно — мой наставник проделывал такие штуки с легкостью.
Причем это работало и в обратную сторону — время можно было ускорить настолько, чтобы совершить «прыжок».
Тимур обучал меня новым знаниям с упорством маньяка и его методы в корне отличались от тех, которые практиковал в Академии Глеб Александрович. Он не орал на меня с утра до вечера и не называл каждую минуту бестолковым малолетним щенком — вместо этого он использовал шест, которым лупил меня, полагая, что через боль магические науки постигаются гораздо легче и быстрее.
