Когда я вышел на воздух после раннего звонка Соки Тосикова, день уже клонился к полдню. Я промчался в ванную, но подчиненный с ходу предложил мне поторопиться и не спешить: "Вообще-то мог бы и раньше разбудить", — прикрываясь недовольством. Мысленно добавив острый отзыв, я вернулся к завтраку и зашел в свой кабинет, где встретил звонок от Гуляева....
Ворон оставил их в своем домашнем кабинете на десять минут, чтобы они смогли обменяться мнениями по поводу услышанного. Теперь вернулся и выжидательно смотрел на них — вдруг появились какие-то вопросы?
— Яков Дмитриевич, но это чистая случайность, — попытался в конце концов выразить общую мысль потеющий Болотов. — Я думаю, вам известно, что Михаил Федорович был нашим общим другом…
— Известно. Мне много чего известно, Кирилл Романович, — заверил его Игнатьев. — Именно поэтому я разговариваю с вами здесь, а не… кхм… в каком-нибудь другом месте.
После этих слов герцоги и вовсе побледнели, а Болотов вытер со лба капли едкого, неприятного пота.
— Мне бы не хотелось думать, что вы как-то участвовали в падении герцога Соколова, а основная часть его имущества досталась вам просто потому, что во многих структурах вы были с ним партнерами.
— Так и есть на самом деле, поверьте, — заверил его Болотов. — Поверенный рода Соколовых подтвердит вам это. Все происходило согласно закона, а в некоторых случаях, ситуацию решил в нашу пользу справедливый аукцион.
— Господа, я ведь никого ни в чем не обвиняю, разве нет? Мы просто разговариваем как хорошие знакомые, я бы даже сказал друзья, — Ворон мрачно осмотрел герцогов, которые съежились под его тяжелым взглядом. — Никто не хочет копаться в грязном белье и я надеюсь, что в этом нет смысла. Видимо до вас как-то не дошло с первого раза. Вопрос в другом и я хочу, чтобы вы услышали меня.
Игнатьев сделал паузу, дав время господам сосредоточить свое внимание на нем.
"— С молодым Соколовым все время происходят странные истории и меня этот факт очень настораживает. И ладно бы только меня… Николай Александрович крайне озабочен этим вопросом, — Ворон тяжко вздохнул. — Вот я и решил побеседовать с вами, чтобы уберечь от какой-нибудь неприятности. Раз уж вы друзья рода Соколовых, так позаботьтесь о том, чтобы с молодым человеком ничего не произошло в нашем большом и опасном городе. Теперь это в ваших интересах… На очень уж тонкой паутине все подвешено, так что мой вам совет — не испытывайте ее на прочность.
Герцоги переглядывались и сопели. Дело было вполне понятным — Соколова трогать нельзя. Во всяком случае, убивать это уж точно. По взгляду Болотова, умудренные опытом Салтыков и Морозов понимали, что именно он хочет им сейчас сказать.
