Когда я вышел на воздух после раннего звонка Соки Тосикова, день уже клонился к полдню. Я промчался в ванную, но подчиненный с ходу предложил мне поторопиться и не спешить: "Вообще-то мог бы и раньше разбудить", — прикрываясь недовольством. Мысленно добавив острый отзыв, я вернулся к завтраку и зашел в свой кабинет, где встретил звонок от Гуляева....
Тварь, как змея, начала приподниматься над пустыней, а спустя несколько секунд из земли вылезла еще одна.
Издав звук, похожий на скрип пенопласта о стекло, первая тварь упала на песок и довольно быстро поползла в нашу сторону. В этот момент я почувствовал легкую головную боль и ощущение того, что мой мозг будто что-то сдавило. Во как интересно! Неужели этой заразе клешней мало, и она еще ментально умеет своих врагов уничтожать?
Похоже так и было. Богдан схватился за виски и упал на колени — видимо ему хорошо досталось.
Решив не играть сразу по-крупному, но в то же время и не прогадать — я призвал Огненного элементаля, который пламенным великаном вырос на пути первой твари. Сразу же после своего появления, он тут-же потопал к нашим врагам.
Обнаружив новую опасность, сороконожка остановилась, попыталась приподняться над песком и тут же получила удар огненной рукой-плетью от моего элементаля. Пустыню огласил жуткий скрежет, который, вероятно, был криком боли этой твари.
Тем временем, вторая сороконожка проползла мимо своей визжащей от боли товарки и поползла к нам. Второго элементаля мне призывать не хотелось — слишком рано тратить так много энергии. Но этого и не потребовалось.
Сороконожка начала постепенно менять свой цвет от светло-коричневого к белому, а ее скорость заметно снизилась. Это за дело взялся Минин, который пытался сковать эту тварь льдом. Наконец она замерла, превратившись в глыбу льда.
— Соколов! — крикнул Алексей, но я и сам догадывался что мне нужно делать.
Вложив в заклинание побольше энергии я швырнул в сороконожку Огненный шар, который разнес ее на мелкие части. Падая на горячий песок они мгновенно таяли и превращались в грязные черные лужи.
Элементаль тем временем заканчивал со второй тварью, на которой к этому моменту не осталось практически ни одной целой пластины. Все они были изломаны, а гигантская сороконожка была сплошь покрыта черной жидкостью.
Все это время Богдан сидел на песке, держался за голову и мычал. Честно говоря, мне было не совсем понятно что с ним происходит — я ясно слышал, как Гринев сказал, что у каждого из них есть кольцо с защитой от ментальных заклинаний.
