В Третьем пророчестве исторические события первой половины двадцатого века тонко переплетаются с загадочными мистическими элементами. Главная спальня президента, вместе с огромной гостиной с журчащим фонтаном на центральной подоконнице, занимала весь первый этаж особняка. На втором уровне располагались просторные рабочие кабины и библиотека, где скрывалась неведомая сила....
Чем больше этого времени будет у русской, чтобы очухаться, тем сильнее может быть ее сопротивление. Ее сознание потихоньку будет восстанавливаться и крепнуть. Он должен успеть сломать ее до этого.
Войдя в квартиру на Карл-Густав-Вейе, Эрик первым делом спросил у помощника:
– Они здесь?
– Уже час.
– Покажите мне их.
Помощник отворил дверь в одну из комнат, и Густавссон увидел сидевшую на диване супружескую пару средних лет.
– Вроде бы подходят, – сказал швед, задумчиво разглядывая их в упор.
Супруги вежливо заулыбались.
– Они хорошо подготовлены? – спросил он у помощника. Тот не успел ответить.
– Да, мистер, не волнуйтесь, мы вас не подведем! – радостно заверили супруги.
* * *Пройдя в другую комнату и с отсутствующим видом выслушав психологиню, Густавссон только устало махнул в ее сторону рукой на полуслове. У него уже не хватало терпения выслушивать в десятый раз околонаучные рассуждения.
– Завтра начнем наш американский эксперимент, – сухо сообщил он. – Отправляйтесь на базу и все там приготовьте.
Помощник протянул шведу тоненькую папку.
– Еле нашли. Зато по датам все идеально. Ей пятьдесят один, родилась в Нью-Йорке, семья еще из первой волны русской эмиграции. Он уехал из Советского Союза в семьдесят девятом по «еврейской линии». Дальше обычная история. Из Вены вместо Израиля укатил в Америку, сразу женился. Она – мелкая актриса, снималась в основном в рекламных роликах. В восемьдесят первом у них родилась дочка, погибла в автокатастрофе в восемьдесят пятом.
– Чем он занимается?
– Маленький бизнес на Брайтоне. Магазинчик.
– То есть не профессиональный актер? – нахмурился Эрик.
– Зато жулик профессиональный, – успокоил его помощник. – В бизнесе актерство тоже дело не последнее.
Густавссон вопросительно поднял бровь на помощника.
– Шеф, простите... Шутка.
– Автокатастрофа, – повторил вслух Густавссон. – Значит, есть и могила?
– Что, простите?
– Я говорю, значит, удочери есть могила?
– Шеф, мы работали по максимуму необходимых параметров.
– Не надо суетиться, – прервал помощника Густавссон и начал размышлять вслух: – До Америки еще дело не дошло, может быть, и не дойдет.
– Но если даже дойдет, к этому времени можно будет принять кое-какие меры. – Помощник выразительно посмотрел на своего шефа.
