Ну что ж тут особенного – они и так как сыр в масле катались в особняках и на курортах олигархов. Они бы и не увидели никогда такой роскоши, если бы в один прекрасный момент не повстречали на своем жизненном пути круглую фигуру Жени Линдермана. Да, теперь они были счастливы, но чужое счастье-то нужно ведь и устроить.
Было и еще кое-что, о чем Женя не любил даже вспоминать, пока этого не требовало дело. Девочки уходили от него к клиентам простыми носительницами красоты и сексапильности, а побывав в их постелях, становились еще и носительницами убойной информации, проще говоря – компромата.
Эта закономерность стала очевидной для Линдермана уже после первого года налаженной работы его агентства. Поначалу она его порадовала, потому что информация в наше время ценнее золота, а особенно информация про очень известных и очень влиятельных людей. Женя быстро сообразил, что в его хозяйстве открывается новый весьма прибыльный огородик, на котором золотые будут расти не хуже, а то и лучше, чем на ниве основного бизнеса.
Но, торганув первые несколько раз компроматом налево и направо, Женя быстро прикусил язык и стал куда более осмотрительным. Народец вокруг оказался болтливый, и скоро уже о тайных линдермановских закромах прознали совсем лишние люди. Женю начали вербовать товарищи из разных органов, которые страсть как мечтали побольше узнать о личной и вообще жизни всяких магнатов и других порядочных людей. Жене вербовки эти искренне не понравились, потому что в них не было главного – денег.
Вместо этого было то, чего он очень не любил, как и каждая свободная личность, – шантаж и угрозы. Но с реалиями российской жизни нужно было как-то мириться. В результате Линдерман открыл для себя некоторые выгоды даже и в этом раскладе. Оказывается, можно было использовать разведданные, собранные от девочек, в качестве выкупа за спокойную (или относительно спокойную) жизнь на свободе. В этом случае в определенной степени экономились деньги, предназначенные для того же выкупа.
Это, конечно, было плюсом. Но если откровенно, минусов на этой стезе все-таки было больше.
Во-первых, Жене приходилось постоянно скользить во время вербовочно-профилактических бесед с товарищами из органов, а органов в последнее время стало так много, что в результате он искренне запутался в том, кем именно он завербован и на кого работает, а кого просто водит за нос.
