Множество людей, бегущих от орды, успели добраться до южных кварталов, а оттуда слышна непрекращающаяся стрельба и даже взрывы — армия давала отпор. И да, нет-нет, но в каком-нибудь из окон многоэтажных изданий котяра заметит выглядывающего наружу человека. Эти смышлёные люди приняли верное решение спрятаться и забаррикадироваться. Что тут скажешь, орда действительно вела себя слишком агрессивно и старалась пробиться дальше на юг не особо обращая внимание на всё, что не привлекало их внимание. Это всех нас и спасло. Фортуна была нам крайне благосклонна в этот очень непростой день.
Так что если прикинуть пропорции выживших и погибших, то пока счёт погибших идёт на сотни. Вероятно общее количество мертвецов близко к паре-тройке тысяч. Невероятно жуткое число для обычных людей, но ведь погибших могло быть даже несколько десятков тысяч погибших. Или сотен, что вообще выходило за все рамки разумного. Почти сорок минут форы дали людям возможность спастись.
Вот она жестокость математики войны и масштабных катастроф — ты радуешься тому, что погибших «не так уж много, как могло бы быть».
Наконец-то снаружи считай никого и не осталось. Так, какая-то заплутавшая тварь выбежит из переулка и понесётся куда-то прочь, да и только. Люди же продолжали отсиживаться и не рисковали показываться на улице, что было очень разумно. И хотя в остальном городе ещё воевали с ордой, у нас тут было тихо и спокойно.
Я на подобное и не надеялся, но всё же видимо нам удалось избежать беды тихо отсидевшись в стороне. Вот и бандюки расслабились, уже не выглядят так подавлено. Жутких звуков уже не было, к ним приходило понимание, что удалось избежать столкновения с ордой чудищ. Ты почти с жизнью уже попрощался, но смерть всё же обошла тебя стороной и даже не посмотрела в твою сторону. Такому нельзя не порадоваться.
Из подвала даже показался Блиц, который выглядел куда лучше.
— Пацаны, как у вас там? — Спросил он, выглядывая из-за угла. — Там девчонки уже беспокоятся.
— Девчонки, ага, гы-гы, — засмеялся один из бандитов. Тут же и остальные нервно захихикали. Я их даже ругать не стал — мужики хоть чуть-чуть, но сбрасывали тот стресс, что накопили за последние часы. — Сам в штанишки напрудил поди.
— Я вам сейчас бошки поотрываю и в задницы засуну, а Кириллу скажу, что так оно и было, — пообещал я им прерывая почти разразившийся гогот. Совсем уж шуметь сейчас никак нельзя было.
— Всё-всё, молчок начальник.
— Иди обратно и скажи, что пока нам удалось избежать самого страшного, — говорю Блицу. — Однако, чтобы так и оставалось надо сидеть всё также тихо. Дай бы бог уже к вечеру к нам выйдут отряды армейцев. Это будет означать, что всё закончилось.
— Понял, — кивнул Егоров и скрылся обратно в подвале.
Что же, будем сидеть тут до упора.