Автор
Водительская сноровка не спасает: один миг, и твоя жизнь может стать совсем другой. Мгновенный столкновение с пешеходом в дожде превращается в отчаянный поиск ответа на вопрос о настоящем предназначении глаза — третьем органе нашего существования. Встреча с алмазным шаманом и путешествие по неизведанным мирам открывают страшную правду о том, что взгляд может быть не только источником вдохновения или ярости, но и властителем реальности....
Я неотрывно смотрела на экран, на котором появились фотография смеющегося, явно очень счастливого ребенка и несколько телефонных номеров.
– И о погоде. Сегодня о ней расскажет Алена Девятова.
Ведущая исчезла, возникло изображение другой стройной девушки с указкой в руке.
– Пятого августа в столице пройдет небольшой дождь, – завела она.
Вновь заорал трамвайный звонок. Саша дернулась и уронила на пол жестянку с печеньем. Банка покатилась по полу, крышка отскочила в сторону, в ту же секунду из коридора донеслось сопение и цокот когтей о паркет – собаки спешили на кухню.
– Ну надо же! – всплеснула руками Саша. – Где у вас веник?
Но я уже выскочила на террасу, прижала телефон к уху и сказала:
– Алло.
– Видела? – спросил противный хрипловатый тенор.
– Да.
– Если ты читала книгу, поймешь, о ком речь!
– Погодите…
– Если читала книгу, то просто поедешь туда и поможешь!"
"– Постойте…
– Если читала книгу… но ты ее не читала!
– Нет, – удрученно ответила я.
– И соврала!
– Я не врала! Просто не стала просить Макса!
– Почему? Книга гениальна! – шипел голос.
– Но… извините… понимаете…
– Книга гениальна, – повторил голос.
– Согласна, – закричала я, – она супер! Лучше Достоевского, Толстого и Фолкнера.
– Они писали дрянь!
– Хорошо, хорошо! Ваша правда! Я готова идти к Максу! Верните девочку!
– Нет, – зло заявил голос. – Ты не захотела мне помочь, теперь по твоей вине случится много бед. По тексту. Отгадывай, лучший знаток детективов! Кому дали «Золотого льва»? Не мне, а тебе! Ищи! Да, кстати, если подключишь к делу полковника, я переделаю сюжет книги!
– Это нечестно, – залепетала я, – она уже написана!
– Но не напечатана, – отрезал голос, – ты не помогла, и гениальное произведение не увидело свет, а в рукопись можно вносить правку.
– Сколько? – прошептала я.
– В книге сказано.
– Я же призналась! Я не знаю текста!
– Зачем тогда хвасталась, раздавала интервью? – вознегодовал голос.
