Автор
Водительская сноровка не спасает: один миг, и твоя жизнь может стать совсем другой. Мгновенный столкновение с пешеходом в дожде превращается в отчаянный поиск ответа на вопрос о настоящем предназначении глаза — третьем органе нашего существования. Встреча с алмазным шаманом и путешествие по неизведанным мирам открывают страшную правду о том, что взгляд может быть не только источником вдохновения или ярости, но и властителем реальности....
"
"Не успели брат с сестрой убежать, как Зайка избавилась от временного паралича, медленно встала и, глядя на меня, грозно произнесла:
– Значит, тут появилась истеричная крольчиха, из-за которой никто не может нормально выспаться? Психопатка постоянно орет и скандалит?
– Я здесь ни при чем, – в подтверждение своих слов я замахала руками, – ни слова не произнесла!
– Ладно, – протянула Ольга, – я сделаю выводы.
Дверь хлопнула о косяк, Зайка удалилась, я села в кресло. Ну и ну! Интересно, что она сделает с Аркадием? И каково придется Мане?
– Случилась неприятность? – робко осведомился Амара.
Я кивнула.
– Из-за меня? – парень посерел.
– В некотором роде да.
Амара сжался в комок.
– Извините, простите, я не хотел, исправлюсь, больше никогда…
– Послушай, давай договоримся, ты у нас задержишься на месяц…
– Не выгоняйте меня, – чуть не зарыдал домработник.
– Ты у нас задержишься на месяц, – повторила я, – и при этом будешь молчать.
– Совсем? – ужаснулся Амара.
– Говори поменьше, всем лучше будет, – вздохнула я.
Глава 6
Большую часть ночи я потратила на поиски книги, но так ее и не обнаружила. Скорей всего, придя из сада, я кинула сброшюрованные листы на подоконник, в пачку газет, предназначенных на выброс, а Ирка отволокла прессу на помойку. Я лишилась возможности с карандашом в руке прочитать «Десять негритят» и еле-еле дождалась утра, чтобы позвонить Рите Аморади.
– Алло, – бодро отозвалась знакомая.
– Надеюсь, не разбудила тебя! – обрадовалась я.
– Я всегда встаю в шесть, – отрапортовала Аморади, – пробежка, душ, здоровое питание, надеюсь дожить до пятисот лет.
Если Риту не перебить, она будет говорить без умолку, поэтому я задала вопрос:
– Ты по-прежнему преподаешь в музыкальном училище?
– Увы, родители не научили доченьку ничему полезному, – заерничала Ритка, – убивать, воровать, брать взятки я не умею! Приходится на скрипочке пиликать. Трень-брень.
– Тебе знакома фамилия Гинзбург? Юрий Гинзбург. У него есть дочь Варвара! Он композитор.
– Юрий… Юра… ах Юрка! Но какой же он музыкант! Пиликалка! Господи! Вот времена настали! Если человек ходил два года в музыкальную школу, а потом стал писать кретинские песенки типа «Ла-ла-ла – ты мой навсегда», он уже считается композитором. Фу! Юрка лабух! Цзынь-брынь! Но теперь время посредственностей, чем тупее, тем дороже!
– Ритуля, мне не нужна оценка творчества Гинзбурга.
