В академии магии царит напряженное напряжение. Розовый юноша внезапно появляется в зале, пытаясь избежать пристального внимания двух собеседников — своего отца и почти копии его. Здесь воздух густо переливается эмоциями, а магия дрожит на коже каждого новичка.
Значит, плащ не забрали, и можно не беспокоиться о том, прилично ли я выгляжу. Козе ясно, что мой наряд для этого мира, как седло на корове.
Словно в ответ на мои мысли, где-то за стеной раздались голоса, один из которых я узнала, а вот второй был мне совершенно незнаком. Мужчины спорили на повышенных тонах.
- Повторяю вам, сарджис Ортс, я должен присутствовать при осмотре! – бесчинствовал… ну кто бы мог подумать, эльф! За плащом, наверное, пришел.
- У вас есть основания не доверять мне, магистр Салмелдир? – спросил совсем не молодой, довольно хриплый голос.
- Вам? Вам все доверяют, сарджис, - ответил Друлаван. – И все же оставаться наедине с неизвестной…
- Вы же не серьезно, магистр? – сипло рассмеялся тот. – Она же совсем девочка, и вам должно быть стыдно, дорогой друг.
- Стыдно, у кого не видно, - ехидно отозвался… ушастый хам!
- Хорошо. Обещаю, вердикт вы узнаете первым. А теперь ступайте и не мешайте мне заниматься своим делом!
- Воистину целители всех рас одинаковы в своей настырности!
- Как и высокородные эльфы! – отозвался хриплый и мне он уже начинал нравиться.
О, я словно воочию видела, как ушастый сноб закатывает свои нереальные зенки и размеренным шагом удаляется прочь. Как можно быть таким красивым, и таким вредным одновременно?
Дверь заскрипела, а потом рядом прогнулось то, на чем я, собственно, лежала.
- Я почувствовал, что ты очнулась, едва вошел в крыло целителей. Не советую притворяться, - в общем-то не зло сообщили мне. – Открывай глаза и давай работать.
Ну, раз не советует… Тем более, мне ужасно хотелось увидеть того, кто смог противостоять моему спасителю, который, по всем признакам, был здесь большой шишкой.
И знаете, это было зрелище не для слабонервных…
- Вы такой… зеленый! – выдохнула я.
А память услужливо подсказала: «И плоский». Видимо, навеянное детской историей про крокодила Гену. Нет, сарджис не был плоским. Напротив, под кожаной жилеткой и на руках бугрились внушительные мышцы. Седая жиденькая бородка прикрывала кадык на мощной шее, а карие глаза светились мудростью.
- А каким я по-твоему должен быть? – хрипло рассмеялся собеседник.
И правда, каким?
- Понятия не имею, - пожала плечами. – Я таких, как вы, никогда не видела.
