В ущелье, где спецподразделение торчит из жары и недостатка воды, трое вынуждены смотреть в туманную даль. Странный писк наушника мгновенно привлекает их внимание, заставляя рассмотреть каждый уголок окружения — до тех пор пока не обнаруживается незнакомец на выносной дороге, вызывая недоумение и опасение....
Он честный.
«Это по каким таким признакам ты это определила?»
— Ни по каким.
«Просто ты ему нравишься, а он тебе».
— Отпуск, что это сейчас было?
«Ничего».
— Отпуск, я своим ушам не верю, ты меня ревнуешь.
«Вот ещё. Скажи, а у вас семьи бывают?»
— Редко. У нас в основном семьи заводят те, кто в силу возраста уже не могут работать и у них есть креды на безбедный остаток жизни и содержание семьи.
«А остальные как?»
— Кто как. Все по-разному. С нашей работой какая семья? Когда ты круглые сутки вынуждена находиться с охраняемым объектом.
«Удивительно как вы вообще доживаете до старости с такой работой».
— Многие и не доживают.
«Не понимаю тогда, откуда тогда у вас потомство».
— Не все ведь телохранителями становиться. Многие не могут пройти отбор в школы телохранителей. Они получают другие специальности. К примеру, те же учителя в интернатах у них часто бывают семьи. Кроме того, многие рожают для себя.
«Что значит для себя?»
— С нашей работой детей завести сложно. Порой возникает пауза между контрактами или её создают специально и в эту паузу рожают.
«А что потом?»
— Ребёнка в интернат, а мама на работу.
«А отец?»
— Он порой и не знает, что стал отцом.
«А от хуманов дети бывают?»
— Нет.
«А с хуманами семьи?»
— Очень редко. Они, как правило, быстро распадаются. Слишком мы разные.
«Ты тоже в интернате выросла?»
— Конечно, у нас большинство детей там воспитывается.
«А мама у тебя где?»
— Погибла.
«Извини».
— Всё нормально. Это давно было. Она мне кредов на школу оставила.
«А отец?»
— Я не знаю, кто мой отец. Мама говорила, что это была её ошибка и после этой ошибки появилась я.
«Родители тоже телохранителями были?»
— Мама точно была, а про отца не знаю. А у тебя? Есть родители?
«Если бы я знал это».
— У тебя ещё хуже, чем у меня. Кара сказала, что тебе стёрли память.
«Аграфы?»
— Как я поняла, нет.
«А кто тогда?»
— Тот, кто тебя продал им.
«Продал? Я не вещь вроде?»
— У аграфов нет рабства, но здесь недалеко есть Аварская империя, там рабство обычное дело и оттуда тебя как товар продали аграфам.
«Диких планет?»
— Планет, не входящих в состав империи. Как правило, это давно заброшенные колонии, где местные одичали.
«А как мне найти мою планету?»
— Никак. Знаешь, я сейчас посмотрела свободные места у прилетевших транспортников.
«И?»
— Они совсем обнаглели.
«Что так?»
— Один просит за перелёт тридцать тысяч. Второй двадцать тысяч.
