— А пюре с сосисками есть? — спросил Давид.
— Нет, — ответил официант.
— Есть, — ответил Артур.
И оказался прав. Но все равно, ощущение натянутости не покидало. Когда пришло время ехать домой, казалось, все четверо вздохнули с облегчением. Если бы существовала дорожная карта возвращения прежней легкости их отношений, Тагаев не пожалел бы никаких денег.
Очнулся и понял, что дети до сих пор стоят на пороге и не решаются войти.
— Мой. И ваш. Теперь это ваш дом тоже. Входите, не стойте, — он прошел вперед и сделал пригласительный жест.
Данил с Давидом только собрались пройти за ним, как их остановил решительный голос старшей сестры.
— Куда? А переобуться?
Мальчишки замерли, будто их превратили в ледяные статуи. Затем шагнули обратно и принялись стягивать с плеч рюкзачки. Дианка первой достала из своего рюкзачка тапочки и наклонилась, чтобы расстегнуть сандалик.
— Не надо, — остановил детей Артур, — здесь можно ходить обутыми.
Из-под свесившейся челки сверкнули зеленые глаза.
— По дому нельзя ходить обутыми. Надо надеть тапочки. Разве тебя мама не учила?
«Ваша нет…»
Тагаев с трудом подавил улыбку. Если его дети хотят ходить по дому в тапочках, пускай ходят. Подошел к дочери, осторожно поднял и пересадил на широкую, со светлой обивкой тахту.
— Сиди здесь. Так удобнее переобуваться.
С трудом подавил желание обнять девочку. Кто знает, какая последует реакция? Может, она испугается или его оттолкнет. Но все же не удержался, пригнулся ниже, будто собирается помочь, и ткнулся носом в пушистую макушку.
Сладкий запах детского шампуня и конфет показался самым лучшим ароматом на свете. Но у него не только дочь, одернул себя Тагаев. Об этом надо всегда помнить, как это делает Настя.
— Вы тоже сюда садитесь, — повернулся он к сыновьям.
Дети, усевшись в рядочек, сняли уличную обувь и достали домашние тапочки.
— А почему ты не переобуваешься? — строго спросила Ди, глядя на Тагаева снизу вверх. Он присел перед ней на корточки.
— У меня нет тапочек, — признался честно."
"— Возьми, — две пары рук протянули ему четыре тапочка с изображением Человека Паука. Артур уже научился отличать Спайдермена от остальных героев. Поначалу, конечно, путался.
Взял тапочек, покрутил в руке, приложил к ступне, которая даже на глаз была минимум втрое длиннее.
— Боюсь, он мне будет маловат. Предлагаю завтра вместе выбрать мне тапки. А пока я надену пляжные сланцы, если вы не против.
Дети были не против. По крайней мере, Артур старался так думать. Лишь бы им было не все равно.
Он повел детей по широкой витой лестнице на второй этаж. Его троица не успевала крутить головами, поглядывая по сторонам.
— Ты здесь живешь один? — спросила Дианка. Тагаев кивнул. — Зачем такой большой дом, если ты один?
Она чуть слышно вздохнула и отвернулась.