Вы должны доказать Робби, что это так, завоевать его доверие, его любовь.
Последовала долгая пауза. Сара вздохнула с облегчением, услышав, как он произнес без видимого энтузиазма:
— Хорошо. Но завтра я должен непременно быть в конторе, только завтра. Если возникнет что‑то неотложное, думаю, это можно будет уладить по телефону.
Грей сдержал свое обещание. Через неделю после того ужасного дня Сара с радостью услышала, как Робби обращается с каким‑то вопросом к отцу не через нее, как бывало раньше, а непосредственно.
Это уже был шаг вперед, признание того, что у мальчика есть отец и он ему нужен. По лицу Грея она поняла, что он тоже это оценил.
Еще одно обстоятельство успокоило ее: она убедилась, что ее опасения насчет ребенка не подтвердились. По крайней мере она убедила себя, что это облегчение, постаралась внушить себе, что перспектива иметь ребенка от Грея ей совсем не доставила бы радости, но в глубине души у нее затаилась боль и уверенность: как бы она радовалась, если бы был еще один Робби или Роберта! Она горько улыбнулась.
Сын или дочь — это не имело значения, но она носила бы под сердцем ребенка Грея, пусть даже ему он вовсе не нужен, а нужен ей.
Когда Сара спускалась вниз, Робби просил отца позавтракать в «Мак‑Доналдсе». И она вдруг почувствовала такое одиночество, такую пустоту, что у нее заныло все внутри: если она не в состоянии иметь ребенка от Грея, наверное, у нее вообще не будет детей — никакой другой мужчина уже не сможет заменить ей Грея.
Сара твердо решила, что никто никогда не узнает, какой ценой она расплачивается за пребывание с ним под одной крышей. Она чувствовала, что Грей старается не подходить к ней, не смотреть на нее, как будто ему было очень неприятно то, что произошло между ними, и он этим очень смущен, а теперь ему приходится терпеть ее постоянное присутствие в доме — конечно, ради Робби.
Нервы у нее были на пределе: она непрерывно ощущала его присутствие, ее мучило постоянное желание близости с ним, и она не представляла себе, как ей все это пережить.
Но все же умудрялась взять себя в руки, напомнить себе, зачем она здесь.
Тем не менее она отдавала себе отчет в том, что Грею приходится еще труднее. Иногда взгляд, который он бросал на Робби, не подозревая, что она за ним наблюдает, вызывал у нее слезы жалости и сочувствия к нему.
