Автор
Лампа попадает в очередное расследование, когда незнакомая девушка погибает в результате взрыва автомобиля. Перед смертью Полина успевает рассказать ей важную информацию. Теперь главной героине предстоит распутать клубок опасных тайн, чтобы найти убийцу и разоблачить зловещий заговор.
Можете достать список больных за этот год?
– Конечно, – немедленно ответила Галя, – и за пять лет.
– За пять не надо, только за этот.
– Погодьте тут, – велела женщина и принялась суетливо, совершенно не стесняясь меня, натягивать платье.
Когда она уже стояла на пороге, я окликнула ее. Галочка повернулась:
– Что?
– Никому не рассказывайте о моей просьбе.
– Да уж не дура, – фыркнула медсестра, – понимаю небось."
"Потекли минуты. От скуки я поискала глазами книги или какие-нибудь журналы. Но хозяйка, очевидно, была не в ладах с печатным словом, ничего похожего на роман в комнатах не нашлось. Зато возле видеомагнитофона громоздились горы кассет. «Операция Ы», «Кавказская пленница», «Особенности национальной охоты»… Очевидно, хозяйка обожала российские комедии.
Наконец раздался стук, и влетела Галя. В руках она сжимала листки бумаги.
– Вот тут все, – затарахтела она, – имя, отчество, фамилия, домашний телефон, с чем поступил, когда выписался…
В метро я села на скамеечку и принялась изучать полученную информацию. Ну и ничего себе! Оперировали тут шесть дней в неделю, даже все субботы были рабочие. Феликс Ефимович оставил себе для отдыха лишь воскресенье. Причем иногда они проводили по две операции в сутки, а в апреле пару раз и три. Словом, сотрудники клиники трудились в поте лица. Небось отлично зарабатывали.
Всего с января по четвертое мая они откорректировали 182 человека.
Я в задумчивости принялась грызть ручку. Значит, так, сначала выбросим всех старух, тех, кому за семьдесят. Впрочем, бабули бывают злобны, мстительны и обидчивы, но что-то мне подсказывает: это преступление задумал не пожилой человек.
Старательно расставив галочки на полях, я оглядела результат – ровно сотня. Замечательно. Теперь вычеркиваем широко известные фамилии, вроде телеведущей Скворцовой, киноактера Мамонтова…
Список уменьшился сразу на сорок фамилий.
Великолепно.
Я углубилась в более детальное изучение бумаг. Из шестидесяти оставшихся пятнадцать подростки, не достигшие восемнадцатилетнего возраста. Их тоже долой.
Но сорок пять – это все равно много. Может, мой муж и остался бы доволен подобным результатом, но у него под рукой куча сотрудников, которые могут проверить интересующих их людей. Я же одна, а время поджимает.
Покусав ручку, я решилась и одним махом вычеркнула всех дам. На пленке, которую прятала в бачке Полина, был мужчина.
