Разве вы никогда не говорили о его личной жизни?
– Нет.
И действительно: если хорошенько подумать, мы всегда говорили о моей.
– А о твоей?
Ну вот, так я и знал, она меня об этом спросила.
– О моей – да, то есть я ему сказал, что у меня с тобой роман и что мы собираемся пожениться.
Что ж, Ренци мог бы взять меня себе в помощники; я тоже, выходит, отлично актерствую.
– А ты ему ничего другого не говорил?
– Прости, а что другое я мог ему сказать?
Джин поднимает бровь и делает последний глоток овощного коктейля.
– Ну ладно, не будем об этом…
– Погоди, погоди…
– Что такое?
– Однажды он мне сказал, что несколько раз встречался с одним человеком, но потом они расстались."
"– Он сказал «с человеком». Он же не сказал «с женщиной». Значит, это мог быть и мужчина. Да ладно, все в порядке. А какое впечатление на него произвел Джури Серрано, когда они познакомились?
– Никакого. Он только беспокоился, как бы я его не побил. Короче говоря, это беспокойство было скорее профессиональным, чем сентиментальным.
– Хорошо, значит, он не гей. Иначе бы он не устоял перед Джури. Джури нравится стольким женщинам; за ним ходят целые толпы влюбленных в него девушек и, судя по тому, что вы мне говорили, и мужчин тоже!
– Вот! А мы взяли его ассистентом ведущего. Мы молодцы, а?
– Да уж конечно! Давай собирать чемоданы, а то приедет Ренци и застанет нас за тем, что мы все еще фантазируем о его тайной жизни.
Так что я достаю два «самсонайта», и мы начинаем их наполнять. Мы бродим по дому, время от времени сталкиваясь друг с другом и очень часто что-нибудь спрашивая.
– Где же купальники?
– Там же, где и всегда: в последнем дальнем шкафу, в первом ящике, – там же, где халаты и полотенца.
– А они всегда там были?
Джин начинает смеяться.
– Всегда. Время от времени они перемещались в стиральную машину, но большую часть времени они проводили здесь.
– Что ж, приятно узнать.
И мы продолжаем выбирать футболки, рубашки, шорты, туфли, берем хотя бы одну куртку.
– А там будет холодно?
– В Полинезии?
– Ну, может, по вечерам.
– Только если ты включишь кондиционер на слишком сильный режим.
– Боже мой, ну каким же ты стал противным! Если бы я это знала, то не вышла бы за тебя замуж!
Потом мы делаем небольшой перерыв, съедаем по тосту и пьем кофе.
– Ну как ты?
– Я готова.
– И я тоже.
Мы улыбаемся друг другу, но я резко ставлю чашку, едва не разливая кофе.
– Уф, меня чуть удар не хватил!
– Что такое? Что случилось?
Джин по-настоящему обеспокоена.
– Да нет, ничего, все эти твои разговоры… что, может, Ренци гей, Джури гей, а потом я вдруг вижу, что у меня на пальце кольцо. А вдруг и я… Нет-нет, вот кольцо, точно… Ну слава Богу! Дело в том, что я еще не привык, мне странно чувствовать его на пальце…
– Ну и молодец.