С одной стороны, их утешило, что это оказалось не тем, что они предполагали, но, с другой стороны, эта новость кажется невероятной.
Баби приходит в себя первой:
– А что случилось?
Клаудио пытается разъяснить:
– Мы попытались поучаствовать в рискованной финансовой операции.
– Ты попытался. – Раффаэлла демонстрирует свой гнев и свое презрение.
Клаудио кивает.
– Верно, это я попытался, но только потому, что один мой приятель меня уверял, что откроет фармацевтическое предприятие сначала во Франции, а потом сразу же в Америке. Да он и сам вложил в него больше двадцати миллионов евро.
– А вы сколько вложили?
– Семь миллионов.
Баби и Даниэла изумлены; они и не предполагали, что речь идет о такой сумме. Но как это могло быть, что у родителей были в распоряжении все эти деньжищи? Клаудио проясняет все:
– Мы заложили и дом на море, и эту квартиру, и все земли, и другую недвижимость, включая два небольших магазина, приносивших нам доход.
Раффаэлла доносит эту мысль до дочерей в сжатом виде:
– У нас больше ничего нет.
– Ну, так уж и нет: у нас пятьдесят тысяч евро в банке.
– Сорок шесть с половиной тысяч.
По тому, как Раффаэлла вносит это скорбное уточнение, можно судить, как она страдает из-за этого.
Баби пожимает плечами.
– Честно говоря, это, как мне кажется, было действительно опрометчиво. Но я рада, что проблема только в этом, а не связана со здоровьем. Папа, вот увидишь, все еще поправится. Может, теперь вам придется жить скромнее, немного на всем экономить. Да и в финансовой компании, которой ты управляешь, тебе будет нужно заниматься всем гораздо внимательней…
Раффаэлла улыбается подобающей случаю улыбкой."
"– Да, конечно.
Зато Даниэла обходится без околичностей:
– Простите, но зачем вы нас позвали?
Клаудио ничего не говорит. Раффаэлла пристально смотрит на него, но, увидев, что он не прерывает своего молчания, качает головой. «Ну вот, так я и знала. У моего мужа не хватает смелости сказать нашим дочерям хоть что-нибудь. Да я и не сомневалась, это должна сделать я. Как, впрочем, и всегда».
– Нам нужна ваша помощь. Мы подсчитали: чтобы оставаться в этой квартире, нам нужно около восьмидесяти тысяч евро. Мы, разумеется, уже продумали план погашения долга. Нам удастся выкраивать по тысяче четыреста евро в месяц, чтобы оплачивать взнос. И, может, даже немного больше. – Раффаэлла смотрит на Баби. – Для твоего мужа это пустяк. – Потом она обращается к Даниэле: – И для Себастьяно тоже. Мы думали, что это могут быть шестьсот тысяч от Лоренцо и двести тысяч – от Себастьяно. Взнос для погашения долга мы разделили бы пополам между ними обоими… Но здесь мы сделаем, как будет удобнее вам; вы сами нам посоветуете, что хотите.
Баби улыбается.
– Мама, мне очень жаль, но я вам ничем не могу помочь.