Автор
В глубоких тенихах старого городка скрываются чудеса любви и слез. Музыка пасторали возвышается над забытыми воспоминаниями о дочери и смеющимся любимце. Жизнь здесь — это три метра над небом, когда боль и радость вплетаются в каждую минуту существования.
– Спасибо. Обещаю тебе, Джин.
Мы молча сидим на скамейке и обнимаемся. Она, думаю, не замечает, что я плачу. Но я ошибаюсь. Джин опускает руки, нежно целует меня в губы и пальцами вытирает уголки моих глаз.
– Ты должен быть сильным. Я всегда буду следить за каждым вашим шагом.
– Да.
– Разве это дело, чтобы я придавала смелости Стэпу?
И я смеюсь, но в моем смехе слышится эхо плача и страданий.
– А теперь отведи меня, пожалуйста, в палату.
Мы остаемся там, лежа на постели рядом всю ночь. Аврора заснула в коляске около нас.
142
Джорджо, отец Стефано, весь в нетерпении, стоит на пороге квартиры.
– Ну же, ну сколько можно копаться? Нас ждут!
– Да, да, мы идем. – Кира выходит из спальни в конце коридора. В прогулочной коляске она везет малышку, через плечо у нее перекинута большая сумка. – Но если ты мне поможешь, то у нас получится быстрее.
Джорджо возвращается назад, берет у нее большую сумку и быстро идет к входной двери.
– Мы опаздываем.
– Прости, но разве они куда-то уйдут, как ты думаешь?
– Мне не хочется, чтобы Фабиола потом фыркала, потому что мы приедем в час. Ты же знаешь, какая она пунктуальная.
– Ну хорошо.
Двери лифта открываются. Кира входит в него с коляской, Джорджо идет за ней, нажимает кнопку цокольного этажа и ждет, когда закроются двери. Они едут вниз.
Вскоре они приезжают к Паоло. Они входят, здороваются и сразу же садятся за стол. Фабиола приготовила несколько вегетарианских блюд для Киры, спагетти по-сицилийски под названием «Норма» и немного мяса и картошки для Джорджо, Паоло и детей. Они спокойно едят, болтают, но в какой-то момент Далина начинает плакать.
Кира встает.
– Пора есть кашку. – Она вынимает из большой сумки переносной контейнер для еды. – Я могу это разогреть?
– Конечно, – говорит Паоло.
– Эх, счастливая же она, Далина! Сейчас она ест рисовый пудинг, но потом, днем, когда проголодается, у нее всегда будет в распоряжении роскошный стол! И какой стол, в самом деле! – говорит Джорджо, указывая на грудь Киры. Фабиола смотрит на него с неприязнью.
