Ладонь Джулиана легла на спину Лили, идеально поместившись между ее лопатками. Зажмурившись, он вдохнул ее аромат — легкий запах пудры и каких-то цветов, от которого кружилась голова. Потом прямо перед собой он увидел ее глаза — и для Джулиана в целом свете не было ничего милее этих глаз.
Его бы выручил комплимент, но от волнения у Джулиана вдруг пересохло во рту, поэтому он только ободряюще улыбнулся. А потом совершенно неожиданно закружил в вальсе. Легкий возглас изумления, сорвавшийся с ее губ, возбудил Джулиана до такой степени, что он потерял голову. Забыв обо всем, он прижал ее к себе. Ему нравилось ощущать, как ее тело прижимается к нему, такое гибкое, теплое и податливое, нравилось, как они двигаются в такт, как безошибочно чувствуют друг друга. Лили, покорно подчинившись Джулиану, позволила ему вести, и он закружил ее по комнате.
— Ты изумительно вальсируешь, — прошептал он ей на ухо. — Лили, поверь, тебе нечего бояться. Ты будешь танцевать на балу, и все будут восхищаться тобой, вот увидишь.
— Довольно. — Лили сжала его руку. — Спасибо.
Закружив Лили последний раз, Джулиан остановился.
Однако, к его удивлению, Лили и не подумала отодвинуться — не выпуская его руки, она потянула ее к себе, и их сомкнутые руки внезапно оказались между ними.
То, что нужно. Лишняя преграда как нельзя более кстати. Лили по-прежнему находилась в опасной близости от него… и Джулиану приходилось бороться с искушением притянуть ее еще ближе. Сердце остановилось, пропустив один удар, а потом вдруг помчалось галопом — втрое быстрее, чем во время вальса.
— Ты помнишь вечер, когда мы впервые увидели друг друга? — вдруг неожиданно спросила Лили.
Джулиан едва не рассмеялся. Он мог бы, не задумываясь, назвать день, час, минуту, когда он впервые увидел ее, сказать, где это произошло и по какому случаю он был приглашен в их дом. Помнил, какой теплый выдался тот вечер, помнил даже рубиново-красный жилет, который выбрал в тот день. Стоило ему закрыть глаза, как он видел высоко поднятые волосы Лили, шелковые пуговицы, узкой дорожкой сбегавшие по ее спине — их было ровно четырнадцать, он помнил это до сих пор, как будто все случилось только вчера. В тот вечер ему выпало счастье впервые увидеть улыбку леди Лили Чатуик. Да, он помнил все.
— Напомни, — спрятав улыбку, попросил он.
— Само собой, это случилось здесь, в этом самом доме. Во время званого ужина в честь дня рождения Лео.
— И твоего тоже, — поправил он.
— Ну да… но гостями были его приятели.