Допил виски, покрутил стаканчик и вернул его на место.
– Неплохой, – ответил он наконец. – В бизнесе знает чего хочет, потому многое имеет. Требовательный, но справедливый. Никаких подлостей за ним не замечал. Это если кратко.
– Да образцовая семья, – пожал плечами Алексей. – Трое детей, жена красавица. Дочка делает… делала успехи в спорте. Парни тоже не отстают. Старший – музыкант, играет в оркестре на скрипке. Младший хоккеем занимается. Это все, что знаю.
– Ты говоришь, он требовательный. На детей это тоже распространяется, как думаешь?
– А как сама думаешь? – передразнил Бад. – Если один в прошлом году школу с золотой медалью окончил, в университет на какую-то модную компьютерную специальность поступил, играет в оркестре в свои юные годы. Второй, а ему лет семь-восемь всего, уже в хоккее, не удивлюсь, если еще чем-нибудь занимается. Драмкружок, кружок по фото… Ну а про достижения дочери ты и сама, как я понял, знаешь.
Ответ был исчерпывающим. Требовательный родитель. И что с того? Терроризировал дочь? Довел до отчаянного шага?
– Ладно, мне пора. Подъедешь поближе ко входу? – попросила я. – Я без зонта.
Бад посмотрел на меня, положил одну руку на коробку передач, а вторую на руль.
– Кстати, пить виски за рулем – не слишком хорошая идея, – выдала я.
– А я никуда не поеду, – заявил он. – Буду тебя ждать. Все выветриться успеет.
– Глупости не говори, я на несколько часов тут.
– Я готов ждать вечно!
Я подхватила рубашку, потянулась к ручке двери и, прежде чем покинуть машину Бада, выдала:
– Лучше займись чем-нибудь полезным. И приезжай в гости как-нибудь.
Я вбежала на пост охраны, приложила свой временный пропуск и поднялась в подсобное помещение. Сегодня я была как никогда рада наличию в Ледовом дворце форменной одежды для уборщиц. Свою мокрую я развесила здесь же, а сама облачилась в серый костюм и колпак.
После нашего разговора в машине Вяткина я старалась держаться от него подальше. Раскрывать карты раньше времени было ни к чему. Я все еще надеялась, что смогу узнать или увидеть в стенах Ледового дворца что-то важное. Было опасение, что, даже если я воспользуюсь медицинской маской, парень сможет меня узнать.
Впрочем, в таком облачении даже у Серба вряд ли получилось бы меня идентифицировать. Все-таки униформа делает человека безликим, неприметным.
Совсем скоро я смогла убедиться в том, что была не права.