Автор
В дневнике Лиды — будильник, предвестник нового дня в городском пейзаже. Дрожащие подмерзшие лужицы вызывают желание надеть что-то прочное, не резиновые сапоги. Лида открывает окно, освещая комнату светом улицы, ожидая своего дня в это время.
Лениво позевывая и покачивая широкими бедрами, как ладья, подплыла официантка.
– Приветик! – не разлепляя накрашенных век, зевнула она. – Как дела?
– Вот, – разулыбался завсегдатай, указывая на Турова, – друга юности встретил, Анжел! Сто лет не виделись, представляешь? Нет, правда, сто лет! Когда в последний раз, а, Лех?
Туров равнодушно пожал плечом.
«Друг юности». Раздражение накипало. «Идиот. Нет, это я идиот – зачем повелся, зачем поперся? Ладно, черт с ним. Выпью кофе и прощай еще лет на сто, старый друг.
– Анжелк, мне как обычно, – вальяжно откинувшись на стуле, произнес Градов, – сама знаешь.
Придурок, козлина.
– А ты, Лех?
– Я есть не буду, – сурово отрезал Туров, – не голоден. Чашка черного кофе. – Он глянул на сонную Анжелу: – Говорят, у вас кофе варят?
Анжела кивнула:
– Ну да. В турке, на песке. Варит Вартан, а армяне в кофе понимают, не сомневайтесь! – Последняя фраза была сказана с вызовом. И, как ялик, она отплыла.
Туров оглядывался. Дешевые эстампы, копеечные бра. Правда, музыка неплохая – даже странно, кажется, Саймон и Гарфункель?
– Уютно, правда? – оживился Градов. – По-домашнему, да?
О господи. «По-домашнему». Туров вспомнил свою квартиру. Усмехнулся. Ну да, для кого-то по-домашнему. Но точно не для меня.
Похлопав себя по карману, Градов вытащил пачку LM и протянул Турову:
– Пойдем перекурим?
Туров отрицательно покачал головой.
– Понял, – кивнул Градов, – такие не куришь!
– Вова, – еле сдерживая раздражение, сморщился Туров, – я вообще не курю.
Градов посмотрел с уважением.
Туров посмотрел на часы – позвонить Светке? Сказать, что задерживается? Да черт с ней. Забеспокоится – сама позвонит. Босс перед своей секретаршей отчитываться не должен. И, вспомнив утреннюю обиду на жену, Туров нахмурился и забарабанил пальцами по столу.
– Ну как ты? – Градов подался к нему. – Как жизнь, ну и вообще? Смотрю на тебя, – Градов окинул Турова взглядом, – кажется, у тебя все удачно?
Усмехнувшись, Туров повел плечом:
– Не жалуюсь."
"По залу медленно плыла Анжела с подносом, плотно уставленным едой. Поплыли довольно приятные – на удивление Турову – запахи.
– О! Уже! – потирая руки и громко глотая слюну, обрадовался Градов. И, привстав, стал помогать все еще сонной Анжеле.
