Автор
В ледяных морях оленьего голоса искрился ветер. Воины Фарнира и Кэрго наблюдатели величественных гор и снежных вершин на фоне расширившейся драконьей империи, где каждая скала подчеркивала предстоящую дорогу назад.
О возвращении к мужу не могло идти и речи.
И вот теперь… Вернуться в ту квартиру?! Я смотрела на ключи как на ядовитую змею.
– Спасибо, конечно, но я не хочу, – отрицательно покачала я головой.
– Лина, не дури! Хотя я тебя понимаю. Сам не смог там остановиться, когда вернулся: слишком много воспоминаний. Если хочешь, можешь продать.
– Продать? Ты серьезно?! Это же подарок от наших родителей на свадьбу, она общая.
Но я даже не собиралась на нее претендовать, желая забыть неудавшийся брак как страшный сон.
– Пусть будет компенсацией за наше расставание, ведь это моя вина.
– Мы оба виноваты.
Сейчас, оглядываясь на прошлое, я могла это признать. Не следовало забывать о себе, во всем угождая ему. Неудивительно, что муж быстро утратил ко мне интерес и отдал предпочтение более искушенной и ценящей себя женщине.
– Но… – Я сгребла ключи, не собираясь отказываться от такого щедрого предложения, – за подарок спасибо!
Начав жить самостоятельно, без поддержки семьи, я узнала цену деньгам. Такими предложениями не разбрасываются.
На волне благодарности я спросила:
– А ты сам как? Есть кто? Дети есть?"
"Его отец так ждал внуков, что не удивлюсь, если и после нашего расставания продолжил на него давить. Это мне хорошо: я в свое время послала всех подальше и перестала об этом беспокоиться.
Тема детей для нас больная, оттого и вырвался этот вопрос. Матвей изменился в лице, но ответить не успел.
Но, к моему удивлению, Матвей ответил. Немного помолчал, правда, после ухода официанта, крутя вилку в руке, но не притрагиваясь к еде, а потом признался:
– Нет. Как выяснилось, я не могу иметь детей.
Упс. Вот это номер! Ирония судьбы после всего, что я прошла в свое время. А ведь доктора, который предложил обследовать и моего мужа, свекровь едва живьем не съела.
Но злорадства я не ощутила, а потому вполне искренне сказала:
– Мне жаль.
Захотелось даже как-то поддержать его.
– Зато всегда будешь знать, если подружка попытается навязать чужое дитя, – беззаботно подмигнула я, стараясь не делать из услышанного трагедии. – А если захочешь быть отцом, можно усыновить ребенка и подарить ему свою заботу и любовь.
Я не знала, как Матвей отнесется к моему вольному высказыванию, все же тема деликатная, но он усмехнулся, тепло глядя на меня.
