– Я машинально кивнула, и в голове тут же взорвался фейерверк.
– Держи. – Вместо Рэмира тут же возник Адриэн и протянул стакан с водой.
Я скептически на него посмотрела. Пить хотелось зверски, но шевелиться не хотелось совсем во избежание неприятных последствий. Адриэн, вероятно, прочел это на моем лице, подал знак Рэмиру. Тот приподнял меня повыше и поправил за спиной подушки.
– Пей. – Адриэн поднес к моим губам стакан.
– Что вообще произошло? – задала я вопрос, как только допила воду.
– А вот это мы очень хотели бы узнать у тебя. – Рэмир присел на край кровати. – Ты с утра не вышла из подвала, и тебя пошли искать. Нашли без сознания подле ступеней. На груди – закопченное пятно и дырка в свитере. А судя по травме на голове, тебя чем-то оглушили. – Он поморщился.
– И что с моей головой? – Я подняла руку и осторожно пощупала шишку на затылке.
– Ничего страшного, голубушка, только ушиб, – вмешался Анхель. – Вам сказочно повезло, дорогая, что вы волосы так скрутили и уложили. Они смягчили удар, а иначе была бы у вас в голове дырка.
– Да уж, я просто радистка Кэт, – мрачно пошутила я. – А дыра в свитере отчего?
– Не знаю, кто такая радистка Кэт, – Анхель вскинул брови, – но дыра и копоть от того, что в вас пульнули заклинание. А вот почему оно не сработало, этого я тоже не знаю.
– Заклинание… – А я вот, кажется, знаю, почему оно не сработало. У меня ведь был с собой кинжал, и я прекрасно помню, что за камень в нем. Да и кольцо Керсента, дающее защиту. – А радистка Кэт – это персонаж одного… кхм… спектакля. Ей на голову упали камни, но спасли волосы – голова уцелела.
– Ясно. Вы, лирра, выпейте-ка вот это лекарство и поспите. Головная боль сейчас пройдет. На место удара я вам уже нанес мазь, так что скоро и другие последствия исчезнут. – Анхель оттеснил Рэмира с Адриэном и вручил мне стакан с какой-то бурдой.
Я послушно выпила. Посидела, собираясь с мыслями, которые разбегались, как тараканы.
– Рэмир, вы уже опросили гвардейцев, которые дежурили в холле? – Гори оно все огнем, буду играть в детектива. Иначе меня точно угробят, а эти болваны и не почешутся.
– Разумеется, они ведь дежурили всю ночь. Да и перед тем как ты вошла в подвал, буквально за час, подвал прочесывали, никого там не было.
– Ну и? Что гвардейцы-то говорят?
– Да ничего вразумительного. Утверждают, что подвальная дверь все время находилась в пределах их видимости, хотя, безусловно, они не наблюдали за ней каждую секунду. Но никто мимо не проходил, никого не видели.
– Шикарно… Ладно, а ригаты что говорят? И этого… как его… Лизуна в подвале спрашивали? Может, он что-то видел?
– Лизуна спрашивали, ты уж нас совсем за дураков-то не держи. – Рэмир поморщился, а я только фыркнула. – Сказал, что все время следовал за тобой.