В Тринадцатом IV мир переполнен тайнами и противоречиями. Вечернее сумраки и свечение магических факелов на улицах создают необычайную атмосферу, наполняющую каждый шаг звуки старой деревни. Здесь каждый знает цену хитростям, отступлению и дружбе, но больше всего — силе взаимопонимания....
Они мне иногда даже по ночам снятся, — ответил куратор, не отрывая взгляда от дороги.
— В кошмарах?
— Нет. Один раз тортик принесли и меня с днём рождения поздравили, — усмехнулся куратор.
Я представил эту картину и тоже рассмеялся.
Уже через час мы вернулись в город. Смена у Ивана Фёдоровича почти закончилась, и мы решили поехать к Лесси. Надо же посмотреть, что осталось от её квартиры."
"— Иван Фёдорович, а вам самому нравится так каждый день мотаться на вызовы? — спросил я, когда мы заехали в самый неблагополучный район Смоленска.
— Вы снова намекаете, что мне пора увольняться? Мы же это обсуждали, тогда о вашей стажировке можно забыть, — ответил куратор.
— А если дать взятку?
Куратор покосился на меня. А я пожал плечами и продолжил:
— Что? В этой машине можно говорить, здесь стоит защита от прослушки.
— Взятка — это нарушение закона. А он писан для всех, даже для князей, — ответил Иван Фёдорович.
— Это если взятка деньгами. А можно придумать что-то ценное, но уже не деньги. Ну, например, дачу вашему начальнику купить.
— Если вас интересует моё мнение, то я против подкупа должностных лиц.
— Эх! Какой же вы скучный!
— Не скучный, а честный. Должен же кто-то вас останавливать от необдуманных решений. Но кстати, я могу перевестись на половину ставки, — задумался куратор. — Теперь моя зарплата это позволяет.
— Ещё бы. Она позволяет и вовсе уволиться…
Иван Фёдорович продолжил стоять на своём:
— Значит, полставки. Буду дежурить три дня в неделю, а не все шесть.
— А потом и вовсе уволитесь. Хотя в вашем случае «потом» — понятие очень растяжимое.
Куратор был очень привязан к своей работе. И раз ему не надо постоянно находиться рядом со мной, поскольку я ещё учусь, то он продолжил заниматься делом своей жизни. Кажется, что полноценно уволиться он сможет только, если мы будем в столицу переезжать.
Мы остановились возле дома Лесси, когда на улице начало темнеть. Приближалась зима, и дни становились холоднее.
Дорогой бронированный автомобиль привлекал взгляды всех прохожих.
Домофон по-прежнему не работал. Оно и к лучшему, а то мне одного раза хватило, когда он случайно заработал. С неработающим хотя бы реально попасть в подъезд.
А вот лифт могли бы уже и починить! Или мне до конца жизни пешком мотаться туда-сюда?
Сперва подумал, что можно этот чёртов лифт и за свой счёт починить. А потом вспомнил, что я не меценат.
