Автор
В Тринадцатом IV мире герои борются с нечуткими монстрами и загадочными властями, создавая угрюмую атмосферу изоляции и страха. Главный герой решительно отделяется от деструктивных сил в истории, оставляя за спиной всё, что он когда-либо любил.
Похоже, «Тринадцатый IV (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Постучался для приличия. И зашёл, не дожидаясь ответа.
Сам того не ожидая, оказался в продолжении коридора. Здесь на лавочках у стен сидели десятки людей. И я сразу заметил группу из пяти человек, все бледные, словно им недолго осталось. Среди них и сидел Иван Фёдорович.
— Я вас обыскался, — сообщил я, подойдя к куратору.
— Простите, Алексей Дмитриевич, — холодным, безжизненным тоном ответил Иван Фёдорович. — Плохо соображаю. Забыл вас предупредить.
— Что с вами? — тревожно спросил я.
— Семейное проклятье, — отозвался он, после чего на него покосились другие пять человек.
Три девушки и двое мужчин. Разных возрастов, но внешнее сходство было очевидным. Они были семьёй. И не представляю, как им сейчас плохо, что даже никто не комментирует наш разговор. О семейных тайнах не принято говорить при посторонних.
— Какое проклятье? Что вам сказали целители?
— Не говори, — прохрипела сидящая рядом с куратором девушка.
— Да и как получилось, что все ваши родственники оказались в одной больнице? — продолжил я расспросы.
— Это единственная больница… где есть шанс, что проклятье… снимут, — медленно и отрывисто ответил Иван Фёдорович.
Слова давались ему тяжело. По этим шестерым было видно, что неведомая сила их убивает. Очень быстро.
Голова куратора упала. Чёрт! Он снова потерял сознание.
Меня возмутило, что такое произошло прямо в коридоре больницы, и я подскочил к стойке регистратуры.
— Мой друг потерял сознание. И никто не хочет ему помочь, — предъявил я пожилой медсестре.
— Здесь всем нужна помощь, — безразлично ответила она, заполняя бумаги.
Даже взгляда на меня не подняла.
— Да вы издеваетесь?! — начал закипать я. — Он же умрёт прямо у вас в коридоре!
— Молодой человек, это отделение для проклятых. Здесь по двадцать человек в день умирает, — она подняла на меня холодный взгляд.
— А сколько выживает?"
"— Всегда по-разному, — уклончиво ответила она. — Зависит от тяжести проклятья. Если у целителей получается подобрать заклинание для снятия, то всё заканчивается хорошо. В очереди все ждут после диагностики.
Люди в коридоре пришли за последней надеждой. Не все они находились при смерти. Были и простые проклятья, которые и рядовые целители могли снимать. Но они не могли справиться с тем, с чем столкнулась семья Ивана Фёдоровича.
Я обернулся к ним и заметил, как молодая девушка уронила голову на плечо рядом сидящего мужчины. Они с куратором были похожи, как братья. Не виделись несколько лет, а встретиться пришлось всем в больнице, в один день.
