В центре Тринадцатого IX стоял непростой выбор — быть обвиняемым изменником или сбежать от безжалостного императора Романова. Несмотря на тщетные попытки избавиться от него, он все равно пригрозил силами и ума. Словно в подтверждение своей гневности — «Вы обвиняетесь в измене!» — слова, молотом швырнувшиеся в сердце главного заговорщика империи....
Но если ты думаешь, что чем больше покушений, тем скорее у меня закончится жизненная энергия, то ты ошибаешься. Если она закончится, то господин поделится со мной, — шёпотом объяснил он.
— Откуда ты узнал, что я в курсе?
— У поданных всегда есть возможность говорить со своим господином. С его поддержкой моему бессмертию ничего не угрожает, уясни наконец!
Я бы не был так в этом уверен.
— И ты приехал, только чтобы сказать мне это? Чтобы я больше не пытался тебя убить? Звучит наивно, — хмыкнул я.
— Нет. Давай пройдём в местное отделение полиции. Насколько мне известно, до начала церемонии ещё полно времени.
— Зачем? Ты же знаешь, что у полиции нет управы на дворянские рода. Особенно на меня.
— Знаю, не держи меня за идиота. Там мы сможем продолжить разговор в другой обстановке.
— Боишься, что у меня дома слишком много ушей?
— Нет. Я ничего не боюсь. Так что бери свою охрану и поехали за нами.
Ну ладно, посмотрим, что мне хочет сказать Вячеслав такого, что не может сказать здесь.
Я вернулся в машину. И сегодня моим водителем был Иван Фёдорович. Мы заранее договорились, что он уедет завтра, после торжества. А на заднем сидении сидел Фёдор Медведев.
— Поезжайте за ними. В отделение полиции, — велел я.
— Хорошо, — ответил куратор, и машина тронулась. — Император сказал, для чего вы туда едете?
— Сказал, что хочет продолжить разговор там.
— Ни одного.
— Князь, — подал голос с галёрки Медведев.
— Если у вас есть мысли, говорите, — попросил я, обернувшись.
Ведь кто может знать здание полиции лучше, чем бывший полицейский.
— Да, недавно здание полиции модернизировали. Одно крыло оборудовали для отдела магополиции, и для их нужд сделали специальные камеры. Для магов, — ответил Медведев.
— На каких магов рассчитаны камеры?
— На всех. Помню, тогда от императора пришёл указ оборудовать всё так, чтобы они смогли удержать даже магистра.
А это очень и очень плохо. Если учесть слова Медведева, то император хочет заманить меня в такую камеру. И там разделаться со мной, когда я не смогу противостоять магией.
— Иван Фёдорович, а обычного оружия у вас с собой нет? — поинтересовался я.
— Надо в багажнике глянуть.
В голове созрел план. Я же могу обратить план императора против него самого.
