В центре Тринадцатого IX стоял непростой выбор — быть обвиняемым изменником или сбежать от безжалостного императора Романова. Несмотря на тщетные попытки избавиться от него, он все равно пригрозил силами и ума. Словно в подтверждение своей гневности — «Вы обвиняетесь в измене!» — слова, молотом швырнувшиеся в сердце главного заговорщика империи....
— И если бы Вячеслав Голицын не заявил о роспуске магоконтроля, то они бы с удовольствием продолжили служить новому императору.
— Я вот одного не понимаю, князь. Простите, если я излишне любопытен, но вы прямо сказали, что у вас нет столько денег, чтобы содержать магоконтроль под своим началом. Но есть на орден, который скоро станет в разы больше. Где логика?
Я хитро улыбнулся и ответил:
— А орден финансирую не я один. Не стоит забывать о наших союзниках среди знатных родов. Они любезно отдают десять процентов от своей прибыли на нужды ордена.
Михаил шумно выдохнул, всем видом показывая, как ему надоели разъезды по империи. Но у меня было не так много людей, принёсших мне клятву крови и способных справиться с этим заданием.
— Боюсь, что получать отказ сразу же, как дворяне услышат про десять процентов, — произнёс Михаил.
— Вы забыли о самом главном. О том, что орден способен дать взамен.
— Магию… Значит, мне в первую очередь стоит обратить внимание на тех, кто обделён даром. Но в основном это будут бизнесмены, а не аристократы.
— И это хорошо. Как сказал Юрий Харитонович, каждый мечтает стать магов. А вы предложите союз, чтобы воплотить в жизнь мечту этих людей.
Зубастик уже вовсю отправлял образы, что хочет полетать. Пора уже закругляться и уделить ему время.
— Михаил Мирославович, слуги выделят вам комнату, и подробный план действий я расскажу вам уже завтра.
— Благодарю, князь, — кивнул Михаил и вышел.
Я же отправился на задний двор, где меня уже ждал Зубастик. Его ещё днём подготовили к первому полёту после превращения.
— Готов, дружище? — спросил я.
Но вместо ответа образами Зубастик опустил спину и шею, приглашая меня скорее забираться. Куртку я одевать не стал, а ограничился огнеупорной одеждой.
Под покровом ночи мы вылетели за стены города, и к этому времени я успел замёрзнуть. А потом… Зубастик загорелся синим пламенем, и стало тепло.
А питомец делился восторгом! Теперь, когда его крылья стали шире и мощнее, он мог развивать феноменальную скорость! И через каких-то двадцать минут такого полёта под нами показались огни соседнего города.
Только там нас сразу заметили! Я велел регату сменить курс, но нас уже начали обстреливать с вышек!
Когда такое происходило у Иркутска, Зубастик поранил крыло и чуть не упал.
