В темном коридоре Маша и ее подруги Булочка бросились к выходу, в ушах гудела сирена. Я же стоял, как толковый дядя, выясняя, что происходит. Но они никуда не пошли, а размахнулись — каждый за свою. Вот так началось, и стало ясно: сегодня будет нелегко.
— Нет, нет, вы что? Такие реликвии бесценны!
— Да тут целое подземелье таких реликвий. Кому они сдались?
— Тем, кто ищет правду… Алексей, раньше я эту тему не поднимал, но раз мы с вами говорим по защищённому каналу связи, то скажу. Я всю жизнь работаю с аристократами. И многие из них ищут правду.
— Та-ак, а вот это уже интересно! Списочек фамилий мне отправьте.
— Хорошо, и это ещё не всё… Один из родов…
Дослушать я не успел. Прямо со склада душераздирающий крик, в котором соединились голоса Маши и Жени. Я бросил телефон и ринулся вниз.
А Маша и Женя побежали наверх, так что мы чуть не столкнулись на лестнице. А когда я вернулся в хранилище, то увидел, что одна из стен исчезла. И сейчас на её месте находился проход в общее подземелье.
Прямо из черноты тоннеля на меня смотрели огромные красные глаза. Десятки глаз… Этого мутанта точно жизнь не жалует.
А через миг в мою сторону поползли щупальца, как у осьминога. Но я не собирался дать твари возможность меня схватить. Отошёл к выходу, попутно выводя нити боевого заклинания.
Так натренировал их, что сейчас мне хватило нескольких секунд.
Щупальца казались бесконечными… Они заполнили весь пол. Уронили стеллажи.
И куда бить, если нет головы? Глаза располагались прямо на щупальцах… Вот же мерзкая тварь.
И пока она не добралась до меня, я рассудил, что надо бить туда, откуда они ползут. И шар света отправился в тоннель.
Уж не видел, с чем он там столкнулся, но прогремел взрыв. Пол и потолок задрожали, а я поспешил выскочить в подвал.
— Убил, — сказал я, тяжело дыша.
— Да когда ж эти монстры закончатся? — спросил Женя.
— Как только, так сразу.
— Я противнее твари не видела… А ты точно его убил? Мне ночью в кровать не заползёт щупальце?
— Пошли проверим.
Да, монстр умер окончательно и бесповоротно. Но теперь весь склад был в его склизких фиолетовых останках. Словно это был слизень, а не подобие мутировавшего осьминога. А других ассоциаций с такой несуразной твариной у меня и не было.
— Пошлите уже тоже отмываться, — предложила Маша, после того как я запечатал обратно проход в подземелье.
— Не откажусь. Вот не зря нам вчера новые душевые поставили, — ответил я.
— Это судьба! — хохотнул Евгений. — Только Лео совсем не хочет купаться. А он не чище меня…
— Обратись к дрессировщику. Надо, чтобы не хотел, а слушался.
Мы поднялись на первый этаж, и у Жени зазвонил телефон.
— Алло, — неохотно ответил он, но через мгновение его лицо вытянулось, словно ему о смерти матери сообщили.
