В темном коридоре Маша и ее подруги Булочка бросились к выходу, в ушах гудела сирена. Я же стоял, как толковый дядя, выясняя, что происходит. Но они никуда не пошли, а размахнулись — каждый за свою. Вот так началось, и стало ясно: сегодня будет нелегко.
Так что пока я следил, чтобы Зубастик не проклинал себя по нелепой случайности, бабушка и внук беседовали, через фразу подкалывая друг друга.
— А ты, кажется, после смерти даже лучше выглядеть стал, — подметила старуха и даже улыбнулась.
Создавалось впечатление, что с каждой минутой разговора она становится всё адекватнее и адекватнее.
— Стараюсь! Ой, а это я тебе ещё шпагу свою не показал. И треуголку!
Призрак похвастался обновками, которые сам же и сделал из моей энергии. И так, постепенно, старуха успокоилась настолько, что у неё морщины на лице начали разглаживаться.
"Однако я не спешил расслабляться. А то неизвестно, что творится у неё в голове. В прошлый раз она тоже преобразилась, но это было притворство, чтобы растворить Макара. А в этот… ещё предстоит узнать.
— Ба, ты только больше Лёшу не проклинай, — сказал старухе призрак.
— Ладно, не буду. А так хотелось, — наигранно вздохнула она.
— Не врёшь?
— Какая ложь в мои-то годы? — усмехнулась она.
— С тебя станется. Хлебом не корми, дай проклинать кого-нибудь, — заметил Макар.
— Этот бы талант, да в мирное русло, — прокомментировал я.
— Это какое? — хором спросили бабка и внук.
— Ну как? Специалистов по снятию проклятий даже в столице днём с огнём не сыщешь.
— А, ты об этом, — отмахнулась старуха, словно ей не интересно.
— Зря ты так, ба, — подметил Макар. — В имперской больнице столько людей от проклятий умирает. Столько проклятой энергии зазря пропадает.
— И то верно, — кивнул я. — Мы ведь в столицу часто будем ездить.
— А, переманить меня хотите. Я всё поняла, — осенило бабку.
— Ну ба, какой переманить? Мы, как лучше хотим, — ответил призрак.
— Даже ради тебя свой родной дом не покину.
— Конечно, а то мёртвые обидятся, — иронично ответил я. — Им без вас в могилках слишком спокойно лежится.
Иван Фёдорович же молча наблюдал, но не скрывал интереса. Ему только больших ушей не хватало, как это любил демонстративно показывать Макар.
— Слишком много всего… в один день, — уже серьёзно сказала бабка.
— Ну а как вы хотели? Нечего было на меня проклятья напускать, — ответил я.
— Ты получается, носитель первоисточника… Слышала о таком.
— Да. И я с вами поделился, чтобы вы всех не прибили тут.
— Спасибо.
Я слегка опешил. Не ожидал от неё благодарности.
— Ба, ну, может и правда в Москву переберёшься? — продолжил натиск Макар.
Видимо, условия по снятию проклятий в лучшей имперской больнице и на него оставили неизгладимое впечатление.
— Ой, да отстань.
